Статьи

Юрий Драбкин, консультант по сопровождению жизненного цикла инфраструктуры ЦОД, Schneider Electric

В каких случаях целесообразно привлечь внешних специалистов по инженерной инфраструктуре ЦОД, чтобы повысить эффективность использования его вычислительных ресурсов в интересах бизнес-пользователей?

Прежде всего в случае, если бизнес готов поставить перед службой эксплуатации ЦОД конкретные задачи. То есть бизнес совместно с руководителем ИТ-департамента должен предложить проект, в рамках которого будут выявлены и реализованы конкретные потребности в ИТ – например, внедрение новых сервисов для клиентов или повышение надежности архитектуры критичного для предприятия ИТ-решения. Если такие цели определены, остается только выбрать подходящий инструмент для их достижения. Это могут быть формирование регламента службы эксплуатации инженерной инфраструктуры, монтаж блока системы кондиционирования или внедрение компонента DCIM. Но даже лучшими инструментами нужно уметь пользоваться – необходимы специалисты внутренние или внешние. Внешних специалистов целесообразно привлекать, если площадка корпоративного ЦОД вмещает и задействует более 20 стоек с оборудованием, при этом бизнес организации основан на применении ИТ и не может функционировать, если предоставление ИТ-сервисов остановится.

Разве соответствующие службы предприятий, включая ИТ-департаменты, не могут самостоятельно оптимизировать инженерную инфраструктуру ЦОД под потребности бизнеса в ИТ-ресурсах и сервисах?

Оптимизировать они могут. Но только сторонние эксперты могут дать финансовые гарантии того, что оптимизация проведена качественно и не в ущерб бизнесу организации. Потому что только внешние специалисты способны объективно оценить состояние инфраструктуры ЦОД и предложить проверенные решения для ее оптимизации. Специалисты службы эксплуатации заказчика, конечно, досконально знают свой объект, но иногда именно это мешает добиться нужного результата – им сложно самостоятельно перенести на действующую модель ЦОД лучшие отраслевые практики. Правильнее будет привлечь экспертов, которые уже имеют достаточный опыт выполнения подобных работ на аналогичных площадках. У внешних специалистов и оснащение гораздо лучше. Например, наша компания только в рамках первичного аудита площадок использует специальные технические средства общей стоимостью в сотни тысяч долларов. Приобрести подобный комплекс для анализа и оптимизации инженерной инфраструктуры собственного ЦОД целесообразно, если мощность его потребителей составляет не менее 5-8 МВт. Вместе с тем оптимизация инженерной инфраструктуры – это не только сокращение избыточных мощностей, но и перепрофилирование имеющихся ресурсов. Помнится, у одного российского клиента из финансовой отрасли служба эксплуатации при помощи наших специалистов выявила недогруженные системы инженерной инфраструктуры на двух площадках в Москве и задействовала их, перенеся оборудование с третьей площадки, где находилось 15 стоек. После чего третью площадку вывели из эксплуатации. Проект начинали, чтобы повысить надежность сервиса, а удалось значительно сократить операционные расходы.

Всегда ли бывает экономически выгодно приглашать внешних экспертов для оптимизации инженерной инфраструктуры ЦОД? Когда этот подход не работает?

Опыт нашей работы с российскими организациями показывает, что для решения большинства стандартных бизнес-задач нецелесообразно оптимизировать малые площадки ЦОД, рассчитанные на 10-15 стоек. В этих случаях намного проще и дешевле построить новые площадки, точно спроектированные под требования бизнеса. Помню, как одно российское предприятие из производственной сферы строило ИТ-системы, время простоя которых в течение 20 часов никак не сказывалось на результативности бизнеса. Если ЦОД может не работать сутки подряд и это не влечет никаких убытков, то организации не требуются наши услуги. Но такое невозможно вообразить в финансовой сфере, в телекоммуникационной отрасли или в государственном секторе.

Концепция блокчейн предусматривает децентрализованное хранение данных, благодаря чему они становятся почти неуязвимыми для мошенников. Считается, что эта технология сможет повысить безопасность и скорость транзакционных операций, обеспечит их оперативный анализ, сделает быстрее обмен информацией. Поэтому сейчас многие отечественные компании, и не только из финансового сектора, проявляют интерес к данной технологии.

Банк России начал изучать технологию распределенных реестров около года назад. «Мы подошли к вопросу системно, создали рабочую группу для изучения инновационных финансовых технологий совместно с экспертным сообществом и намерены привлекать к работе широкий круг заинтересованных лиц. Планируем изучить потенциал и возможные риски различных перспективных финансовых технологий, в том числе и распределенных реестров, а также найти оптимальные варианты применения блокчейн на финансовом рынке», – говорит Вадим Калухов, директор департамента финансовых технологий, проектов и организации процессов Банка России. По его словам, через несколько месяцев планируется создать прототипы решений для отработки моделей применения технологии блокчейн.

«Сейчас мы уже можем сделать предварительный вывод, что большим потенциалом для использования на финансовом рынке обладают закрытые и гибридные сети распределенных реестров с четкой идентификацией и понятными правилами. В то же время виртуальные валюты, реализуемые в открытых сетях с анонимным доступом, со сложными и долгими механизмами подтверждения, с автоматической эмиссией денег, несут в себе серьезные риски. Это утрата конфиденциальных данных, асимметричность информации на рынках цифровых валют, высокая ресурсоемкость и неопределенность последствий эмиссионных решений», – делится Максим Григорьев, начальник управления архитектуры и стратегии департамента информационных технологий Банка России.

Технология блокчейн уже применяется на предприятиях в России. В пример можно привести проект внедрения централизованного подтверждения платежей и других документов на основе технологии блокчейн в группе компаний «НефтеГазИндустрия».

По словам Сергея Смирнова, директора по информационным и имущественным вопросам ГК «НефтеГазИндустрия», за три месяца его команде удалось обеспечить руководству холдинга возможность утверждать платежи и счета оперативно, безопасно, удаленно и с мобильных устройств. Проект доведен до стадии промышленной эксплуатации, при этом удалось избежать интеграции ИТ-систем и внедрения сложных дорогостоящих решений.

«В конце 2015 года нам поручили создать систему, позволяющую в режиме онлайн на мобильном устройстве отслеживать и согласовывать платежные документы», – рассказывает Смирнов. Проект был ограничен по срокам и объему капитальных затрат. Его техническая сложность заключалась в том, что у каждого предприятия присутствует своя система ERP с функциями автоматизации казначейских операций. Традиционными методами не удалось бы реализовать проект в установленные сроки и уложиться в выделенный бюджет. Игорь Баринов, специалист в области децентрализованных технологий, предложил использовать общую базу данных, реализованную на технологии блокчейн, и внедрить «умные контракты» для автоматизации движения документов в реестре.

«После того как техническая команда изучила предметную область, было принято решение согласиться с мнением эксперта и запустить пилотный проект. Мобильное приложение написали в соответствии со стандартами и лучшими практиками Apple, а архитектуру, в буквальном смысле, реализовывали по ночам. Решение получилось интересное, легкое, расширяемое и масштабируемое», – говорит Смирнов.

После перевода приложения в промышленную эксплуатацию планируется проанализировать возможность использования преимуществ «умных контрактов» в процессе согласования и утверждения договоров.

Смирнов полагает, что потенциал технологий блокчейн раскроется в ближайшие годы во многих индустриях.

С ним согласен и Дмитрий Костров, член правления Межрегиональной общественной организации «Ассоциация руководителей служб информационной безопасности»: «Широкое применение технологии блокчейн можно назвать одной из прорывных тенденций в 2016-2017 годах. Монополизм применения данной технологии только в криптовалюте уже проходит. Есть несколько российских компаний, разрабатывающих и предлагающих продукты на базе цепочки блоков транзакций. Многие стартапы намерены пойти этим путем».

Как поясняет Костров, государства пока настороженно пытаются через банковские и другие сообщества просчитать риски и преимущества технологии. А бизнес ждет от «технарей» новых решений, опасаясь за безопасность своих информационных ресурсов. Риск связан с потенциальным применением мощных компьютерных систем на базе распределенных вычислений для взлома корпоративных или государственных ИТ. Это может привести к хаосу. Также некоторые эксперты считают технологию блокчейн недостаточно прозрачной.

В последнее время все больше и больше компаний изучают технологию распределенного регистра и инвестируют в ее внедрение. В правительствах и международных организациях обсуждают возможные последствия от внедрения блокчейна для бизнеса, государства и экономики. В то же время эта без сомнения многообещающая технология вызывает серьезные вопросы у политиков, регуляторов и законодателей.

На протяжении последних полутора лет во многих государственных и международных организациях внимательно изучают все, что связано с распределенными регистрами, и следят за развитием событий.

Сегодня большинство, похоже, выражают осторожный оптимизм по поводу перспектив технологии. Это неудивительно: несмотря на определенные сложности, блокчейн способен помочь выполнять нормативные требования, отслеживать их соблюдение и формировать соответствующую отчетность.

Несмотря на определенные сложности, блокчейн способен помочь выполнять нормативные требования, отслеживать их соблюдение и формировать соответствующую отчетность

Но, вопреки призывам о регулировании со стороны тех, кто считает, что нынешняя юридическая и законодательная неопределенность – это помеха, в большинстве стран власти заняли выжидательную позицию. И похоже, это разумно: пока сама технология толком не испытана, попытки регулировать ее могут оказаться преждевременными и создать препятствия для ее развития.

В феврале 2015 года в Банке Англии, оценив перспективы децентрализованного регистра, сформировали отдел, занимающийся соответствующими технологиями.

В январе 2016 года Международный валютный фонд опубликовал доклад, в котором рассматривались преимущества и риски распределенных регистров. Его авторы пришли к выводу, что разработка сбалансированной нормативно-правовой базы, защищающей от рисков без сдерживания инноваций, – непростая задача, и она требует обширной международной кооперации.

В феврале 2016 года в Совете по финансовой стабильности, который устанавливает стандарты для стран «Большой индустриальной двадцатки», объявили о намерении проанализировать финансово-технические новшества, в том числе распределенные реестры, с точки зрения возможности создания нормативно-правовой базы, помогающей предотвращать системные риски без ограничения инновации. (Участниками G20 являются два десятка крупнейших экономик и Европейский союз. На встречах G20 присутствуют представители международных организаций, среди которых Совет по финансовой стабильности, МВФ, ВТО, ООН и Всемирный банк. – Прим. ред.)

В феврале 2016 года Кристофер Вулард, директор по стратегии и конкуренции Управления по финансовому надзору и регулированию Великобритании, сообщил что в ведомстве следят за развитием технологии блокчейна, но позицию по ней выработают, только когда станет более определенным круг ее применений. По его словам, по мере развития технологии нужно будет решать регулятивные и потребительские проблемы. В ведомстве собираются сотрудничать с компаниями, разрабатывающими решения на основе распределенных реестров, в рамках проекта Project Innovate, и следить за тем, чтобы по мере усовершенствования технологии в ней не забывали предусматривать средства защиты потребителя. В управлении также анализируют, каким образом распределенные реестры могли бы помочь с контролем соблюдения нормативных требований.

В феврале 2016 года Комитет Европарламента по экономическим и денежным вопросам призвал уделять должное внимание распределенным реестрам еще до того, как они начнут широко применяться. В комитете предложили создать под эгидой Еврокомиссии рабочую группу по распределенным реестрам, которая бы обеспечивала необходимую техническую и законодательную поддержку на уровне Евросоюза и государств-участников. По мнению членов комитета, существующее европейское законодательство продолжит и дальше применяться независимо от того, будет ли использоваться новая технология, но порекомендовали пересмотреть законы о платежах.

В январе 2016 года директор по науке правительства Великобритании Марк Уолпорт опубликовал доклад «Распределенный регистр: больше, чем цепочка блоков транзакций», в нем он порекомендовал правительству озаботиться вопросом создания для блокчейна нормативно-правовой базы, которая бы менялась вместе с самой технологией и включала бы в себя как технический, так и юридический кодексы.

Юридические и законодательные проблемы

По сути, запуск проекта по созданию распределенного регистра будет подобен согласованию любой крупномасштабной технической разработки или аутсорсингового соглашения, но есть дополнительные вопросы, требующие рассмотрения.

• Учитываемость и ответственность. Раз контроль над регистром всегда распределенный, то как контролировать и регулировать сам регистр, его пользователей и других участников системы? На ком лежит ответственность, если система децентрализована? Кого или что именно нужно регулировать?
• Регулирование. Кто будет заниматься регулированием? Поскольку технология носит трансграничный характер, кто именно будет отвечать за регулирование? Скорее всего, не обойтись без согласованных международных принципов и кооперации между регуляторами.
• ? Определения. Ряд определений, существующих в соответствии с нынешними законами, придется пересмотреть. В частности, те, что касаются классификации активов (например, надо определиться, чем являются виртуальные валюты – возможно, просто биржевым товаром).
• «Умные» контракты. Как изменится существующее контрактное законодательство в отношении автоматически заключаемых («умных») контрактов? Будут ли они считаться действительными и обладать юридической силой? Достаточно ли нынешнего законодательства или понадобится регулировать распределенные регистры не только с помощью законодательства, но и с помощью технического кодекса? Кто будет удостоверяться в том, что технический кодекс отражает требования юридического? Если в техническом кодексе есть недочеты, то кто несет за них ответственность, кто их должен выявлять и как обеспечить внесение исправлений? Скорее всего, «умные» контракты в любом случае будут становиться предметом споров, и понадобятся ограничения на сферу действия таких контрактов. Об «умных» контрактах должны быть осведомлены юристы, законодатели и судебные системы. Необходимо будет также адаптировать требования о сохранении записей и правила доказывания, чтобы у судов и других властных органов была возможность получить доступ к данным регистра.
• Защита потребителя. Это будет одной из главных забот регуляторов. Как, учитывая новизну технологии блокчейна, добиться того, чтобы потребители понимали, на что соглашаются, и обеспечить их юридическую защиту?
• Приватность и безопасность. Одна из основ блокчейна – высокая защищенность благодаря тому, что записи практически невозможно расшифровать. Но, поскольку идут разработки в области квантовых компьютеров, эта основа со временем может разрушиться. Есть и другие вопросы относительно безопасности – например, связанные с потенциальной возможностью отследить или вычислить личность участника по транзакциям или при наличии доступа к стороне, у которой есть право на расшифровку данных. Кроме того, теоретически регистр может быть «захвачен», если кому-то удастся взять под контроль большинство участвующих компьютеров.
• Конкуренция, антимонопольное регулирование. Если начнут создаваться частные распределенные регистры с участием ограниченного числа организаций, может возникнуть повод для обвинений в монополизме или картельных сговорах. Кроме того, есть риск появления труднораспознаваемых алгоритмов, искусственно мешающих свободной конкуренции.
• Децентрализованные организации. Есть целый ряд проблем, связанных с ответственностью и контролируемостью, поскольку существующие юридические системы в основном рассчитаны на то, чтобы назначать ответственными физических или юридических лиц, а не механизм вроде распределенного регистра, полагающийся на автоматически заключаемые контракты. Законодателям, возможно, придется подумать о том, как адаптировать для распределенных регистров существующие законы об ответственности объединений без юридического лица, а это может оказаться очень сложным делом из-за того, что такие регистры могут быть трансграничными.
• Репутационный ущерб. Первоначальный скептицизм по поводу распределенных регистров сегодня сошел на нет, но до тех пор, пока их применимость не станет более определенной, организациям нельзя упускать из виду риск ущерба репутации, если применение блокчейна приведет к неработоспособности или не принесет ожидаемого эффекта.

Каков же вывод

Очевидно, что у технологии распределенного регистра есть большой потенциал для трансформации целого ряда секторов и механизмов экономики, а потому все больше и больше организаций изучают, каким образом новую технологию можно было бы задействовать в бизнесе. А значит, законодателям в любом случае придется следить за этой стремительно развивающейся технологией.

Sue McLean, Morrison & Foerster.Blockchain: Key legal and regulatory challenges with distributed ledger technology. Computerworld UK. April 13, 2016

Биткойн с самого начала казался чем-то непонятным, мистическим и почти что противозаконным. Происхождение этой технологии и ее создатель по сей день остаются неизвестными. Добавьте сюда скандал с торговой площадкой Silk Road, где анонимные пользователи скупали за биткойны наркотики. В конечном итоге ее владелец был приговорен к пожизненному тюремному заключению. Неудивительно, что биткойн изначально рассматривался многими как средство финансирования теневого мира. Математические расчеты, применяемые для генерации биткойнов, настолько сложны, что в голову сразу начинают лезть самые мрачные мысли.

Ирония же заключается в том, что математические основы биткойна помогают сохранять и вполне законно нажитую собственность. С точки зрения защиты от мошенников эта технология гораздо надежнее многих других, используемых сегодня коммерческими предприятиями. А открытое взаимодействие в процессе обработки биткойновых транзакций формирует высокий уровень доверия, что имеет немалое значение для любого делового соглашения.

Другими словами, достаточно чуть поглубже изучить технологию, положенную в основу биткойна, и сразу становится ясно, что она открывает перед бизнесом целый ряд весьма интригующих возможностей, не имеющих отношения к криптовалютам.

Давайте поближе познакомимся с основами и механизмами биткойна, а также с порядком функционирования блокчейна, являющегося главной опорой целостности биткойна.

Блокчейн – настоящая ценность биткойна

Жизнеспособность валюты во многом зависит от ее возможности противостоять фальшивомонетчикам и устранять потенциальные споры о правомерности владения. Биткойн решает эти вопросы с помощью создания для каждой виртуальной монеты четкой цепочки, указывающей на ее владельца в разделяемом публичном регистре, который называется блокчейном. Процессы создания блокчейна, а также его обновления и поддержки оказались настолько успешными, что он очень быстро приковал к себе внимание исследователей и предпринимателей, желающих построить системы, которые обеспечивали бы доверие между конкурирующими субъектами вне рамок криптовалют.

Функция блокчейна проста: регистрировать каждую транзакцию, когда-либо совершавшуюся с биткойном. Если кто-то передает право обладания определенным количеством биткойнов другому человеку, эта транзакция подтверждается в сети биткойнов (с помощью процесса, известного как добыча) внесением блока транзакций, который добавляется к длинной цепочке, уходящей корнями в начало проекта. Такая цепочка блоков гораздо мощнее простого списка владельцев, потому что позволяет любому желающему отследить в сети смену собственников каждого из биткойнов вплоть до момента его первоначального создания.

Другая важная особенность блокчейна заключается в том, что для идентификации в регистре владельцев биткойнов используется шифрование с открытым ключом. При этом в базу данных записываются не имена и не карточки социального страхования, а открытый ключ. И только держатель соответствующего закрытого ключа вправе решать, что дальше делать с биткойнами.

Шифрование обеспечивает необходимую конфиденциальность, поскольку никакие имена нигде не фигурируют. Но главная его ценность в том, что одобрить транзакцию может лишь владелец закрытой половины пары ключей. Деятельность любого предприятия построена на доверии и гарантиях, а встроенное в блокчейн шифрование закладывает фундамент такого доверия между заинтересованными сторонами.

Еще одной ключевой особенностью блокчейна является распределенный способ добавления в регистр новых записей. Нет никакого централизованного хранилища, применяемого во многих других схемах, например в дорожных чеках или в PayPal. Любой желающий может создать следующий блок биткойновых транзакций и обновить блокчейн с помощью процесса добычи. Любая организация или группа организаций могут доверять блокчейну, потому что в его дальнейшем расширении принимают участие все пользователи сети.

Добавление новых транзакций в блокчейн не является такой уж увлекательной задачей, но процесс этот стимулируется посредством дополнительных премий. Чтобы добавить в цепочку следующий блок транзакций, нужно решить математическую головоломку из нескольких сложных криптографических составляющих. Первый, кто ее решит, получает 25 биткойнов стоимостью в несколько тысяч долларов. Приз настолько заманчив, что некоторые коллективы используют специализированное высокопроизводительное оборудование, повышающее шансы получить ответ первыми и добыть себе еще биткойнов. Шанс выиграть есть у каждого, и, следовательно, любой желающий может сыграть в этом процессе активную роль и инвестировать в блокчейн.

Блокчейн выходит за рамки криптовалют

Использование цифровых подписей для подтверждения каждой из транзакций и совместный процесс формирования и поддержки блокчейна создают условия для его применения при решении задач, не имеющих отношения к банковской деятельности и валютному регулированию.

Несмотря на то что в общем случае блокчейн заполняется транзакциями биткойна, многие компании ищут способы использования блокчейна для отслеживания других операций, сделок или обменных процедур. Некоторые хотят встроить свои транзакции в блокчейн биткойна, другие планируют создать полностью независимый блокчейн, построенный на тех же самых принципах.

Еще более интересной представляется работа по добавлению в блокчейн новых функций, отнюдь не ограничивающихся созданием очередной конкурирующей валюты с другим именем.

Более ста компаний изучают способы расширения возможностей блокчейна. Одни хотят построить торговую платформу, другие – создать более устойчивые и безопасные идентификационные карты, кто-то стремится заключить не нуждающиеся в дополнительном утверждении договоры, кто-то – организовать учет биткойнов таким образом, чтобы предприятие имело возможность использовать криптовалюту с минимальными для себя затратами. Применение этой технологии продолжает расширяться.

Перед организациями открывается огромное пространство для установления с помощью блокчейна сложных деловых взаимоотношений, исключающих обман и злоупотребления

Поскольку блокчейн обеспечивает абсолютно надежную запись транзакций между двумя и более сторонами и развивается множеством наделенных соответствующими полномочиями (и зачастую конкурирующих между собой) субъектов, перед организациями открывается огромное пространство для установления с помощью блокчейна сложных деловых взаимоотношений, исключающих обман и злоупотребления.

Договоры

Большинство транзакций в блокчейне весьма прозаичны – определенное число биткойнов просто передается от одного лица к другому. Вместе с тем технология поддерживает новые языковые конструкции для описания транзакций. Описание это предусматривает достаточно сложную логику, не ограничивающуюся рамками оплаты долгов. Возможны проверка соглашения между несколькими сторонами и предоставление определенных видов залога.

В своей простейшей форме технология может связывать цифровую подпись текстового документа с блокчейном. Таким образом появляется неопровержимое свидетельство того, к какому соглашению пришли стороны и когда было заключено это соглашение. В будущем блокчейн может использоваться для разрешения споров. И хотя вряд ли удастся исключить разногласия в интерпретации содержания договоров, зато, по крайней мере, можно будет однозначно подтвердить сам его текст.

Работа с произвольными текстовыми документами – только начало. Уже созданы депозитные контракты, предусматривающие окончательную передачу денег при выполнении определенных условий. Такие контракты могут использоваться при сложных групповых сделках – например, при реализации краудсорсинговых проектов Indiegogo или Kickstarter. Положенные на депозит деньги разблокируются лишь в том случае, если в ходе реализации проекта будут выполнены заранее оговоренные пороговые условия.

В следующем поколении блокчейнов может использоваться еще более сложная и продуманная логика, что позволит, например, отслеживать завершение указанных в договоре этапов или провести аудит шаблонных контрактов, заключаемых очень быстро и одинаково понимаемых всеми сторонами. Все это открывает дополнительные возможности для использования в совместной работе блокчейна, гарантирующего защищенность каждой из договаривающихся сторон.

Цифровые коллекции

Ценность денег определяется их объемом, находящимся в обращении. Печатать доллары могут лишь уполномоченные на это органы. Одним из главных достоинств биткойна является алгоритм, обеспечивающий строгий контроль за их созданием.

Но одними лишь криптовалютами дело не ограничивается. Многие популярные предметы, например тематические открытки или художественные плакаты, тоже выпускаются ограниченными тиражами. Редкость того или иного предмета искусства, независимо от его художественной ценности, всегда является одним из определяющих факторов для коллекционеров.

Существуют и другие, более прозаические нужды. Некоторые маркетинговые команды стремятся контролировать количество погашений купонов. Возможно, запасы у них невелики, возможно, им хочется стимулировать спрос, сделав купоны чем-то эксклюзивным. В любом случае обеспечение фиксированного числа цифровых товаров, регулируемых блокчейном, будет весьма полезным.

Легко предположить, что в будущих версиях блокчейна введение ограничений упростят за счет отслеживания и проверки существования цифровых товаров, будь то предметы коллекционирования или купоны. В блокчейны будут заноситься произвольные объекты и поля, которые могут быть чем угодно, а не только цифровыми деньгами.

Голосование

Типичные денежные операции происходят между двумя людьми: один платит, другой получает. Но логика обмена биткойнами может включать в себя требование, чтобы достоверные подписи были предоставлены сразу несколькими пользователями.

Во многих организациях процесс голосования далек от совершенства. Учитывается лишь общее количество голосов, и неважно, кто именно их подал. Все прочие факторы не регистрируются вовсе, а если и регистрируются, то не полностью – в частности, отсутствует информация о времени и конкретных записях.

Блокчейн, объединяющий множество обладателей цифровых денег, можно использовать и для контроля за отношением людей к другим вещам. Отслеживая голоса и гарантируя доступность результатов всем желающим в течение долгого времени, блокчейн становится основой процесса управления.

Транспортные накладные

Доставка товаров – сложная процедура, в нее обычно вовлечены представители сразу нескольких компаний. Если груз достигает точки назначения, все довольны. Если нет, кому-то придется за это заплатить.

Один из традиционных вариантов предусматривает оформление транспортной накладной – бумажного документа, который перемещается вместе с товаром и заполняется по мере передачи ответственности от одних участников процесса к другим. Но механизм транзакций блокчейна представляется более удачным, поскольку основу доверия здесь составляют криптографические подписи. Если все участники процесса доставки начнут заполнять блокчейн, уровень доверия к транзакциям возрастет.

В будущих версиях блокчейна его возможности будут расширены и позволят абстрагироваться от товаров. Человек, ставящий свою подпись в конце выполняемой операции, передает ответственность следующему менеджеру. Смена ролей может происходить по мере необходимости, а все изменения будут отражаться в блокчейне.

Фиксация прогнозов

У каждого всегда имеется своя точка зрения на то, кто выиграет в Лиге чемпионов, но распространяться об этом готовы, как правило, только авторы сбывшихся прогнозов. Блокчейн – идеальный способ зафиксировать прогноз, после чего отказаться от него уже не получится.

Эта тема становится все более актуальной по мере того, как компании начинают проводить эксперименты на прогнозных рынках, где делаются ставки на будущее. Когда люди ставят на какое-то событие реальные деньги (или очки), результаты, как правило, получаются лучше и точность прогнозов возрастает.

С прогнозированием итогов выборов сталкивались уже все, но такой подход может оказаться полезным и внутри предприятия, позволяя сформировать общее мнение сотрудников. Некоторые компании, планируя инвестиции в новое семейство продуктов, опираются на сделанные сотрудниками прогнозы продаж в течение первого года появления новинок на рынке. В качестве примера можно также привести прогнозы участия в будущих конференциях. Все эти прогнозы можно заверять в блокчейне.

Микротранзакции

Многие компании практикуют подписку на услуги, когда клиенты платят фиксированную сумму за неограниченное число операций. Клиентам проще оценить целесообразность такого варианта, а компаниям – проще его администрировать, потому что отпадает необходимость подсчитывать все совершенные транзакции.

Но, несмотря на простоту и популярность, у таких решений имеются и недостатки. Становится труднее отслеживать, какие предложения действительно ценятся клиентами, а какие потребляются исключительно в рамках пакета. Избыточное потребление становится повсеместно распространенным, потому что пользователям не нужно отдельно платить за каждую выполненную операцию. Сложные предложения часто вытесняются дешевыми.

Блокчейн открывает дорогу более сложным транзакциям, позволяя отслеживать буквально все

Блокчейн открывает дорогу более сложным транзакциям, позволяя отслеживать буквально все. Конечно, все то же самое можно проделать и с помощью обычной базы данных или файла, но доверие к такому варианту ниже. Клиентов можно привлечь к выполнению вычислений в блокчейне, предоставив им возможность самим проверять транзакции. Если клиент принимает участие в построении блокчейна, он доверяет и ему, и поставщику услуг.

В будущих версиях блокчейна упростится создание локализованных валют. Некоторые уже обращаются к базовому программному обеспечению биткойна для создания своих собственных локальных денег и проведения транзакций внутри организации, но большинство компаний предпочли бы все же что-нибудь вроде локальных кредитных карт. Магазины и другие предприятия могли бы применять аналогичную технологию для заверения собственной валюты, используемой их клиентами.

Премиальные баллы

У многих компаний существуют различные программы стимулирования – например, дополнительные полетные мили, которые получают часто летающие клиенты. Для отслеживания этих премий используются простейшие регистры, хранящиеся в стандартных базах данных.

Перемещение премиальных программ в блокчейн будет способствовать повышению доверия со стороны пользователей, совершающих публичные транзакции. Кроме того, организации смогут открыть транзакции, чтобы у пользователей была возможность передавать набранные очки друг другу. Во многих уже существующих премиальных программах на передачу таких очков накладываются ограничения (например, ими могут воспользоваться только супруги или люди, проживающие по тому же адресу). В других передача запрещена вовсе. В открытом пространстве, построенном на основе блокчейна, ограничения снимаются и пользователи могут передавать набранные очки, благодаря чему их интерес к премиальным программам возрастает.

– Peter Wayner. Beyond bitcoin: 7 ways to capitalize on blockchains. InfoWorld

Время от времени в мире ИТ появляются изобретения, которые полностью меняют сложившееся положение вещей. Так было с появлением компьютера, а затем — и с появлением ПК, давшего значительную вычислительную мощность каждому пользователю. Базы данных превратили вычислительные системы в системы информационные. Феномен Интернета известен каждому. Есть основания полагать, что очередной революцией могут стать технологии блокчейн.

Многие видят в данной технологии лишь платформу для реализации криптовалюты биткойн. Рассмотрение самой технологии блокчейн – ee преимуществ и ограничений – только начинается.

Посредничество

Достоинство, сразу же обращающее на себя внимание, – фундаментальная возможность исключить из взаимодействия посредников. Многие экономические и общественные институты «живут» на контроле и подтверждении достоверности тех или иных фактов – начиная от отделов организации делопроизводства и подразделений по всевозможному сопровождению сделок до многочисленных регистрационных палат и других государственных и общественных образований. В значительной мере это касается и банковской системы во главе с Центральным банком.

Вдуматься только: всё, где создаваемая ценность заключается только в регистрации транзакций и их атрибутов, а также в подтверждении достоверности фактов их выполнения, может быть исключено в принципе. Как утверждают энтузиасты, изобретена технология, которая позволяет на фундаментальном уровне, подтвержденном математикой, обеспечить полный контроль достоверности происходящих транзакций и хранить всю историю о них, включая атрибуты текущего состояния (владелец, дата начала владения, условия владения и т. п.). Все это происходит без центрального органа, содержащего базы данных по регистрации действий, и выдачи подтверждающих документов, поскольку каждый участник системы имеет у себя свою копию «базы данных», то есть распределенного реестра транзакций.

В исключении этих общественных и экономических образований как таковых и колоссальном повышении эффективности деятельности, а не просто ее оптимизации за счет ИТ заключен, в частности, огромный потенциал этой технологии. В связи с возможными революционными переменами, обусловленными тем, что многие привычные регулирующие институты станут попросту ненужными, начинается напряженная работа по анализу изменений в юридической, финансовой, правовой и прочих общественных системах.

Это в теории. На практике же многие посредники вовсе не выглядят «слабым звеном», не создающим никакой ценности. Навряд ли многие захотят, чтобы мы или наши дети вместо торжественного процесса бракосочетания совершили «обмен торжественными транзакциями» в Интернете и брак считался состоявшимся. А многочисленные посреднические функции государства, полезность которых заключается в том числе в наличии системы контроля и гарантии исполнения взаимных обязательств сторон, в регулировании порядка их исполнения, обеспечения целостности и сбалансированности системы, как в случае с Центральным банком, и т. д.? В каком объеме целесообразно для общества отказаться от части из них? Это один из вопросов, который сейчас исследуется.

Есть и сервисно-технологические вопросы. Например, функции Федеральной кадастровой палаты теоретически можно заменить распределенным защищенным электронным реестром, хранящимся у каждого гражданина страны. Но перевешивают ли плюсы этой технологии ее минусы? Не факт, принимая во внимание уровень компьютерной грамотности населения, по-прежнему сохраняющуюся необходимость существования «бумажных офисов» для тех, кто не «на ты» с компьютерной техникой. Кроме того, для работы с платформой блокчейн необходимы значительные компьютерные ресурсы, которые, скорее всего, будут находиться в выделенной организации. А раз вычислительные ресурсы будут в выделенной организации, то не исчезают ли важные плюсы технологии блокчейн, заключающиеся в «общественном владении системой» – то есть в исключении владения любой из сторон более 50% управляющих ресурсов и, как результат, в отсутствии у этой стороны возможности искажения хранящейся в системе информации? А раз так, то в чем отличие этого дата-центра блокчейн от традиционного, хранящего в себе необходимые базы данных? Ведь вопрос устранения возможных фальсификаций информации в системе решен путем предоставления выписок о состоянии информации для ее владельцев, при необходимости закрепленных юридически в виде бумажного заверенного организацией состояния персонального перечня объектов, состояния реестра или счета и т. д. Создать удобства потребителю, исключив очереди, можно уже сейчас, что и делается через интернет-доступ и государственные электронные услуги.

Некоторые внутрикорпоративные функции тоже можно расценивать как «посреднические», например документооборот. Но вряд ли технология блокчейн может совершить прорыв через исключение посредников. Ведь и сейчас существующие решения позволяют напрямую отправлять документы адресату и обеспечивать контроль исполнения и уже исключили необходимость посредников – конечно, для тех организаций, которые готовы отказаться от небольших радостей собственного секретариата. Может быть, технологии блокчейн и способны повысить эффективность таких операций, но не отсутствие этих технологий сдерживает дальнейшее распространение электронного документооборота, а социально-психологические и зачастую экономические факторы, например высвобождение персонала. Про использование блокчейн в высоконагруженных транзакционных системах, таких как автоматизированные банковские системы, ERP и пр., говорить пока просто не приходится хотя бы потому, что данная современная технология даже близко не может обеспечить требуемую производительность, а также в связи с неясностью ее потребительской ценности в этих системах. Идея же исключения банков как посреднического института пока выглядит утопической.

Иначе говоря, идея внедрения блокчейн ради исключения посредничества сродни идее использования искусственного разума вместо человеческого, и реализовывать ее нужно с неменьшей осмотрительностью.

Доверие

Есть более «земные» плюсы технологии блокчейн. В первую очередь обращает на себя внимание не «контроль прошлого» – какие и кем транзакции были сделаны, а «контроль будущего», или «умные контракты». Технология дает возможность при исполнении определенных условий автоматически заключать контракты, которые затем поэтапно будут исполняться также максимально автоматически по согласованным в них условиям!

Block Notary, один из первых стартапов в области блокчейн, разработал возможность «автоматического» заключения договора на оплату проезда по платной дороге по результатам работы камер, фиксирующих момент въезда и выезда автомобиля на автостраду. Для составления контракта разработана функция «электронного нотариуса» (есть профессия – кандидат на исчезновение!). Вы идентифицируете себя прямо в системе, сохраняя свою фотографию, несколько минут – и «нотариальное удостоверение» создано. Интересен сам факт автоматического контракта. Показательно его полностью автоматическое исполнение согласно всем достигнутым условиям договора с помощью «умного контракта», который заслуживает доверия всех участников системы: регистраторов дорожного движения, банков, конечных владельцев денежных средств, надзорных органов. Да, в этом случае «умный контракт» прост – выписывание и оплата электронной квитанции, но представьте, если это будет контракт из десятков пунктов с поэтапным исполнением и оплатой при наступлении разных условий, заключаемых автоматическими устройствами? Помимо механизма интеграции самых разных систем самых разных организаций, создается еще и механизм удостоверения факта заключения сделки и контроля исполнения.

Все это достигается благодаря принципиальным возможностям блокчейн – установлению доверия друг к другу самых различных сторон в Интернете, гарантированной автоматической достоверной регистрации всех происходящих транзакций, крайне высокой устойчивости ко взломам и к попыткам изменить содержание контрактов и многого другого.

Эффективность и безопасность

Мир экспериментирует с блокчейн, как когда-то экспериментировал с интернет-технологиями на рубеже 2000-х. Перечисляются самые разные варианты использования технологии, и наиболее близкими к реализации выглядят те, что связаны с повышением эффективности взаимодействия сторон и выполнения бэк-офисных функций. Например, время между подачей заявки на покупку ценных бумаг в фирму, оказывающую финансовые услуги на различных торговых площадках, и выполнением расчетов с заказчиком может отличаться на дни. Блокчейн позволяет произвести расчеты в течение нескольких минут, и каждая из сторон получит практически точную стоимость совершенной сделки.

Аналогичным образом могут обрабатываться пакетные задания и бэк-офисные задачи по окончательному урегулированию финансовых и любых других сделок, требующие согласования многих сторон.

Это происходит одновременно с повышением уровня безопасности выполняемых операций с точки зрения возможности изменения их содержания или истории их выполнения. Так, в Overstock, одной из американских розничных торговых сетей, проэкспериментировав с блокчейн, убедились в том, что «распределенная природа сети, в которой производится подтверждение целостности транзакций и соответствующих счетов пользователей, делает практически невозможными попытки совершения атак. Кроме того, время окончательного оформления сделок сократилось с трех дней до десяти минут (см. Maria Korolov, Is the blockchain good for security? CSO Magazine, April 1, 2016).

Экспериментируют и организации, осуществляющие услуги условного депонирования, когда требуется последовательный контроль исполнения всех условий для окончательного совершения сделки, а также риелторские агентства и даже юридические фирмы. Действительно, «мир транзакций» будет в значительной мере затронут технологией блокчейн.

Что дальше

Прежде всего надо определить те области, где польза от перехода на технологию блокчейн преобладает над сложностями, неудобствами, да и просто привычками. Кроме того, необходимо помнить, что многие технические, экономические и социальные вопросы пока остаются без ответа. К примеру, каждая транзакция в блокчейн в настоящее время, по некоторым оценкам, составляет порядка 6 долл., а это фактически исключает массовое использование технологии. Скорость обработки операций в публичных «блокчейн»-системах в течение нескольких минут, а зачастую даже десятков минут, тоже пока ограничивает применение. Не решены важные регуляторные, юридические и прочие вопросы.

Тем не менее блокчейн выглядит важным, но не единственным элементом новых финансовых технологий. Интернет вещей подстегивает «мир автоматических транзакций» между огромным множеством самых разных привычных бытовых устройств, и финансовый компонент будет в них обязательно присутствовать. ИТ-гиганты, такие как Apple, Google, Facebook и Amazon, все более посягают на сферу финансовых услуг, они уже выпускают соответствующие платежные сервисы, которые, хотя и не заменят банки в ближайшей перспективе, но, находясь ближе к заказчику, будут управлять экосистемой розничных финансовых услуг.

Область финансовых технологий ждут радикальные перемены, и многие перспективные решения займут в ней свое заметное место. Во всем мире ведутся интенсивные исследования технологии блокчейн. Хотелось бы, чтобы Россия развивала собственные платежные и другие финансовые сервисы – стараясь не просто шагать в ногу со временем, но и задавать направление в этом движении.

- Михаил Потоцкий, руководитель Научно-исследовательского центра по информационным технологиям, Финансовый университет при Правительстве РФ

И в цифровой век почтовые услуги повсюду продолжают оставаться востребованными. Несмотря на появление Интернета, мобильной и спутниковой связи, люди продолжают получать письма от госорганов, квитанции, газеты и журналы, а с развитием электронной коммерции – посылки и интернет-заказы. Инфраструктура почтовых ведомств складывалась столетиями, но сейчас работа почты невозможна без современных технологий. «Почта России» в последнее время активно стала проводить цифровую трансформацию и переводить услуги в онлайн. Чтобы ускорить бизнес-процессы и обслуживание клиентов, национальный почтовый оператор обновляет программное обеспечение отделений и офисов. Переводить «Почту России» в онлайн – задача амбициозная.

Это яркий, очень полезный для ИТ-директоров пример того, как цифровая трансформация радикально меняет предприятие федерального масштаба: официальные бумажные письма превращаются в цифровую корреспонденцию, подписка на газеты и журналы оформляется онлайн, а уведомление о прибытии покупки из интернет-магазина приходит на смартфон. О том, как ИТ преобразуются из вспомогательной службы в ключевую составляющую стратегии предприятия, рассказывает заместитель генерального директора «Почты России» по развитию государственных услуг и новых продуктов Родион Шишков.

Родион Шишков Возраст: 35 лет Послужной список: 2013 – настоящее время «Почта России» (www.pochta.ru), заместитель генерального директора 2008 – 2013 Компания Yota, вице-президент по новым продуктам 2001 – 2006 Сеть стоковых магазинов одежды Forum, генеральный директор Образование: Санкт-Петербургский государственный университет экономики и финансов (ФИНЭК)

В сентябре 2015 года «Почта России» запустила новый трекинг-сервис для корпоративных пользователей. На кого он ориентирован и в чем его основные преимущества для клиентов?

Мы уже пять-семь лет оперативно отслеживаем по нашей сети всю информацию о движении посылок, писем, бандеролей. За это время системы сильно устарели, а количество отслеживаемых отправлений значительно выросло. В результате мы оказались перед необходимостью полной замены используемого решения. Новый трекинг в реальном времени собирает нужные данные из наших информационных систем: из логистической цепочки, сети отделений, из подсистем обмена с иностранными почтовыми администрациями. У нового сервиса создано несколько специальных интерфейсов. Самый востребованный и популярный из них – трекинг-сервис для физических лиц на нашем основном портале pochta.ru.

Каждый гражданин по известному ему трек-номеру может отследить свою посылку, узнать, на каком этапе доставки она находится

То есть каждый гражданин по известному ему трек-номеру может отследить свою посылку, узнать, на каком этапе доставки она находится. Еще одна группа потребителей – корпоративные клиенты. Среди них немало интернет-магазинов, которые осуществляют доставку через почту и хотят оперативно сообщать покупателю о статусе доставки. Благодаря новому трекингу мы готовы предоставить такую информацию мгновенно. Есть еще и другие потребители трекинг-сервиса – это массовые отправители заказных писем: госорганы, банки и все те, кто рассылает свою корреспонденцию в больших объемах. Для них информация о статусе доставки письма является обязательным элементом внутренней отчетности. И если до сих пор им приходилось каждое письмо отслеживать в индивидуальном порядке, то сейчас массовым отправителям предложены прозрачный интерфейс и удобная интеграция для автоматизированного обмена данными. В результате клиенты получают все нужные данные о сотнях тысяч или миллионах писем в автоматическом режиме.

Зависит ли новый трекинг-сервис от масштаба бизнеса его потребителей?

Совершенно не зависит, и он бесплатен для всех. Предусмотрен доступ к регистрации и для тех организаций, у которых нет договора с «Почтой России». Трекингом могут воспользоваться и маленькие магазины, и организации, которым, например, потребовалось отправить три-четыре десятка заказных писем. Им гораздо удобнее работать через трекинг-сервис, чем собирать данные о статусе отправленных писем в ручном режиме. Метод интеграции с нашим сервисом предложен самый лояльный и тривиальный в техническом плане – через интерфейс прикладного программирования (API). По нашим оценкам, у инженера средней квалификации интеграция с трекингом займет не более 20-30 минут. API четко и подробно описан, со всеми примерами. На всех основных применяемых языках даем примеры кода, который партнеры могут компилировать напрямую в свои системы.

Какова стратегия «Почты России» в выборе технологической платформы для всей информационной системы, инструментов разработки? Как организован процесс разработки?

«Почта России» идет по пути построения того, что называется современной микросервисной архитектурой. Трекинг – это не отдельная самостоятельная система, а скорее сервисная функция по отношению ко всей архитектуре, которая позволяет нам видеть насквозь процессы, происходящие в почтовой сети.

Практически все системы мы разрабатываем самостоятельно. Сегодня в «Почте России» создан зрелый центр разработок, в нем трудятся почти 200 инженеров. В ближайшие два года мы планируем расширить штат до 500 человек. Мы активно инвестируем в человеческий потенциал, а не тратимся на готовые продукты. Вместо этого – покупаем «руки». Мы владеем архитектурой информационной системы, аналитикой, а если что-то и приобретаем на стороне, то это решения для линейных задач, которые мы же сами предварительно структурируем.

В новых сервисах «Почты России» практически нет элементов, основанных на закрытых технологиях. Например, для хранения данных используются Hadoop, Cassandra и PostgreSQL

Благодаря этому у нас полный порядок с импортозамещением. В новых сервисах «Почты России» практически нет элементов, основанных на закрытых технологиях. Например, для хранения данных у нас используются Hadoop, Cassandra и PostgreSQL. Для разных типов задач также используем шину Kafka, Pentaho в качестве BI-платформы и другие инструменты категории Open Source. А всё, чего не существует в открытом коде и необходимого качества, мы пишем сами. «Почта России» унаследовала громоздкую архаичную инфраструктуру, и мы убедились в том, что современные цифровые сервисы лучше отстраивать с чистого листа, опираясь не на проприетарные продукты, а на актуальные, открытые, развивающиеся, недорогие технологии.

В прошлом году «Почтой России» был запущен сервис доставки мелких пакетов на дом с помощью мобильного приложения. Возможно ли развитие этого сервиса по модели краудсорсинга с соответствующим расширением присутствия «Почты России» на рынке услуг экспресс-доставки?

Мы не рассматриваем краудсорсинг как возможность расширить присутствие на рынках. По меньшей мере по двум причинам. Первая: нам фактически некуда расширяться, ведь «Почта России» обслуживает территорию от одного края страны до другого. Есть такие населенные пункты, куда не дотягиваются банки или телекоммуникационные сети, но почта есть везде. Вторая причина заключается в том, что, согласно законодательству, охраняющему тайну почтовой связи, все почтовые операции должны быть осуществлены только сотрудниками предприятия. Сейчас готовится к принятию новая версия закона «О почтовой связи». В нее мы закладываем возможность отношений, подобных франчайзингу, когда «Почта России» сможет передавать партнерам на определенных основаниях часть своих функций. Однако это все равно не будет краудсорсингом в чистом виде в силу того, что мы исполняем ряд специфических задач. Например, ежегодно доставляем миллиард писем для государственных органов. Эти отправления содержат важные данные, в том числе персональную информацию, данные о собственности, сведения о судебных взысканиях. Вместе с тем мы настаиваем на поправках в законодательство, расширяющих наши возможности по привлечению партнеров.

В ноябре в Московской области была запущена электронная почтовая система, благодаря которой граждане могут получать юридически значимые уведомления мгновенно, независимо от места своего пребывания, а также оплачивать штрафы и взыскания «в один клик» прямо из письма. Расскажите об этом сервисе.

Запуск данного сервиса – очень значимое для нас событие. Во многих законодательных актах прописана обязанность госорганов заказным письмом уведомлять гражданина о тех или иных событиях. С одной стороны, мы заинтересованы в сохранении этой государственной функции – доставки заказных писем. У нее есть высокий потенциал. Но, с другой стороны, доставка подобных уведомлений давно должна была превратиться в услугу XXI века, быть максимально удобной как для отправителя, так и для получателя. Нам это удалось. Электронные заказные письма в «Почте России» работают по следующей схеме: государственные органы присылают нам 100% своих заказных писем в электронном виде, и тем гражданам, которые на нашем портале дали согласие на их получение в таком виде, мы доставляем электронные письма в личные кабинеты. Все письма доходят адресатам мгновенно, бумагу они перестают получать (чем, кстати, спасают деревья). Но самое главное – они имеют возможность одной кнопкой совершать важные для себя действия: например, оплачивать штрафы. Тем, кто еще не подключился к нашему сервису электронной почты, мы печатаем и доставляем бумажные версии заказных писем.

Как обеспечена правовая поддержка этого электронного юридически значимого обмена документами?

Чтобы реализовать цифровую версию доставки, нам пришлось добиться внесения ряда поправок в действующее законодательство, включая КоАП, федеральный закон «О судебном делопроизводстве», некоторое количество ведомственных приказов, а также «Правила оказания услуг почтовой связи», утвержденные правительственным постановлением. И теперь процессы отправки письма, его получения и сам цифровой объект пересылки являются юридически значимыми. Со стороны ведомств все письма подписаны цифровой подписью достоверно установленных отправителей, идентифицированных с соблюдением строгих правил.

Как сервис электронной почты будет развиваться в дальнейшем? И смогут ли им воспользоваться юридические лица?

Уже в текущем году мы планируем запустить такой сервис еще в нескольких регионах России. Сейчас идут переговоры с заинтересованными сторонами. И это тот случай, когда клиенты приходят к нам сами. Узнав о нашем продукте, они поняли, насколько он им может быть полезен. Особый интерес к сервису проявляют региональные правительства. Развивая электронную почту географически, мы продолжим работу над расширением ее функциональных возможностей. Следующий блок функций, который будет запущен, позволит получать электронные заказные письма юридическим лицам. А позднее и физические, и юридические лица смогут еще и отправлять такие письма. Причем как друг другу, так и в государственные органы. Это обеспечит, например, возможность мгновенного обжалования тех или иных действий либо требований к адресату. Казалось бы, тут нет ничего нового – все было возможно и прежде. Только раньше нужно было получить бумажное письмо, дойти до прокуратуры, написать заявление, приложить документы, совершить еще какие-то действия, а потом ждать ответа. Теперь, согласившись на электронную доставку, клиент сможет мгновенно, нажав одну кнопку, обжаловать предъявленные к нему требования со стороны государственных органов или субъектов коммерческой деятельности.

Буквально перед новым годом «Почта России» начала тестировать сервис онлайн-подписки. Расскажите об истории этого проекта.

Исторически отношения конечного потребителя подписных изданий и издателя проходят не только через почту, куда потребитель приходит, чтобы заполнить бланк подписки, но и через посредника – подписное агентство. Задача последнего всегда заключалась в том, чтобы получить собранные почтой заказы и передать их издателю, с которым у него заключен договор. В апреле прошлого года по многочисленным просьбам издательского сообщества мы запустили собственное подписное агентство в качестве альтернативы тем, что уже есть на рынке. При этом вместо классического функционала мы создали виртуальную площадку. Сюда издатели приходят сами, регистрируются, в электронной форме подписывают с нами договор, сообщают выходные данные своих изданий. В личном кабинете они формируют общедоступный электронный каталог, который предлагается подписчикам через «Почту России». К концу прошлого года мы запустили онлайн-версию подписки, и теперь у потребителя отпала нужда ходить в отделение: он может оформить подписку на то или иное издание прямо со своего компьютера у нас на сайте и оплатить его банковской картой через Интернет. При этом мы сняли многие ограничения, присущие традиционной подписке. Теперь пользователи могут оформить подписку фактически с любого календарного периода. Можно подписаться не только самому, но и оформить подписку для своих родственников, проживающих в других регионах страны. Многие так и поступают. Сейчас в одном заказе в среднем оформляется подписка на три издания. А количество регионов в корзине одного подписчика составляет в среднем 1,9. То есть почти каждый клиент заказывает подписку себе и своим близким в другом регионе. В офлайне подписка возможна только внутри одного региона.

Издателям крайне важно организовать непосредственный контакт со своими читателями через структуры, по сути выступающие в роли агентов при оформлении подписки. Ваше агентство готово помочь издателям установить такой контакт для продажи цифрового контента?

Да, мы как раз стараемся предоставить издателям такую возможность и планируем развивать свои сервисы в этом направлении. Но скажу честно – я не очень верю в то, что цифровой контент полностью заменит бумажный. Думаю, сам цифровой контент будет становиться все более интерактивным, а статичные ресурсы не будут востребованы широко. Поэтому мы рассчитываем распространять через свой платформенный сервис не файлы PDF и не собственно цифровую подписку на них, а права доступа к интерактивному цифровому контенту, а также подписку на бумажные издания. Я верю: потребность в «бумаге» сохранится в определенном объеме еще продолжительное время.

То есть «Почта России» будет вместе с издателями популяризировать новые цифровые модели коммуникаций с подписчиками?

«Почта России» нацелена на активное и разностороннее взаимодействие с издателями. На следующем этапе развития подписного агентства добавим к подписке на бумажные издания подписку на издания электронные. Причем устроено это будет фактически как приобретение прав. То есть пользователь сможет через наш сервис оформить все интересующие его подписки, а потом получать бумажные издания в домашний почтовый ящик и одновременно иметь доступ к электронной версии тех изданий, на которые он подписался. Вот по этой цифровой модели мы будем развивать коммуникации с подписчиками. И мы рассчитываем на то, что их число вырастет во втором полугодии многократно. В частности, аудитория может перейти на портал из других наших онлайн-сервисов.

Как формируются тарифы на онлайн-сервис подписного агентства «Почты России»? Сейчас это очень чувствительный вопрос для издателей.

Издателям мы предлагаем модель, которая заметно упрощает систему взаиморасчетов и более выгодна для них. Мы хотим быть «прозрачным» агентом в продаже продуктов издателей и предлагаем им простой и эффективный инструмент для распространения своей продукции. Мы даем возможность издателю встретиться на нашей платформе с потребителем. За это мы берем стоимость доставки бумажных изданий и агентское вознаграждение за организацию доступа к цифровому контенту. Если же продается только цифровой контент, то издателю не придется оплачивать логистические услуги «Почты России».

Когда сервис будет полностью запущен?

Уже сейчас нет никаких ограничений для использования функционала, реализованного в сервисе онлайн-подписки. Издатель из любого региона страны может зарегистрировать свой продукт в нашем каталоге, а любой читатель – оформить подписку на него. То, что мы сейчас называем наш сервис beta, означает, что в него будет добавлено еще много новых возможностей. Не нужно к нему относиться как к завершенной в эволюционном плане вещи. Но уже сейчас это полностью работоспособный сервис. Пожалуйста, приходите и подписывайтесь.

Какие еще цифровые сервисы развивает «Почта России» в настоящее время?

В начале 2016 года мы запустили сервис геотаргетированных рекламных рассылок. Он позволяет, например, малому бизнесу проинформировать ареал с потенциальными клиентами о своем появлении, о своих продуктах или услугах. Небольшой магазин или парикмахерская могут зайти на наш портал и указать точку на карте, вокруг которой сосредоточена интересующая его аудитория. Можно даже выбрать отдельные дома, в которых, с точки зрения продавца, сосредоточены будущие клиенты. «Почта России», обладая данными о жителях на выбранной территории, подсчитает необходимое количество рекламных материалов и впоследствии окажет услугу по их оперативному распространению. А еще мы перезапустили и сделали удобным в использовании по-настоящему массовый сервис-трекинг для физических лиц, действующий через наш обновленный интернет-портал. Клиентами сервиса стали уже более 10 млн человек. Мы рассчитываем, что этой широкой аудитории нам удастся предложить и другие современные сервисы, включая те, о которых я рассказал.

Трудно сегодня найти весомую причину, которая помешала бы предприятиям использовать облачные офисные инструменты наподобие Google for Work или Microsoft Office 365. У облака есть масса преимуществ, и их число продолжает увеличиваться. Но некоторые общие просчеты, допускаемые специалистами ИТ-службы, приводят к тому, что в организации формируется негативное впечатление от облачных технологий.

Есть распространенные ошибки, которых следует избегать при переходе в облако. Для этого стоит использовать три следующих принципа.

1. Поддержка со стороны технического персонала

По словам вице-президента и ИТ-директора подразделения Motorola Solutions Грега Мейерса, лучший способ избежать наиболее распространенных облачных ловушек – это учиться на чужих ошибках.

«Главной ошибкой, которую совершают другие и которой мы пытались избежать, была недооценка влияния происходящих перемен и неготовность поддержать сотрудников в период, когда им приходилось отказываться от инструментов, успешно использовавшихся на протяжении десятилетий, – указал Мейерс. – Готовьтесь вновь и вновь разъяснять причины вносимых изменений, сохраняйте приверженность своим принципам, проявляйте сочувствие к людям, оказавшимся в сложной ситуации, проводите необходимое обучение, оказывайте поддержку и управляйте изменениями».

2 . Ограничение универсального облачного подхода

По мнению вице-президента Forrester Research Лиз Херберт, ключевым условием успешного перехода в облако является правильный подбор инструментов и приложений, отвечающих основным целям и потребностям бизнеса.

«Одним из самых сложных вызовов, с которыми мне пришлось столкнуться, стала универсальная природа облака, – заметила Херберт. – Очевидными его преимуществами являются простота и повсеместное распространение, но при этом ИТ-директору приходится перемещаться в среду, не соответствующую его пристрастиям и неадаптируемую к специальным требованиям. Характерной особенностью модели программного обеспечения, предоставляемого в качестве сервиса (SaaS), является невозможность изменить этот сервис в соответствии с потребностями любого отдельно взятого клиента.

Основной принцип облака – “бери как есть или отказывайся”, и некоторые ИТ-директора неуютно чувствуют себя, имея дело с договорами, в которых не прописано явно все то, что они привыкли обсуждать в прошлом.

Чтобы избежать неприятных сюрпризов, ИТ-руководителям следует осмотрительно выбирать поставщика. Необходимо взвесить всё – начиная от используемой технологии и заканчивая циклом обновления и конкретными условиями поддержки. Предварительные исследования здесь важнее договора, и если особенности предоставляемого сервиса не отвечают вашим требованиям, никаким договором их уже не исправить».

3 . Планирование с учетом перспективы

Благодаря облаку компании могут подняться на новый уровень и улучшить свои бизнес-процессы, но это не происходит само по себе. «ИТ-руководителям необходимо переосмыслить свою деятельность и продумать порядок оптимизации активов – программного обеспечения, оборудования и данных – с учетом получения дополнительных ценностей для бизнеса», – подчеркнул президент консультационной компании Kamind Мэтт Катцер.

Переход в облако – идеальный момент для переосмысления ИТ-специалистом тех целей, которые ставятся перед бизнесом. Это время появления новых идей, но при их реализации ИТ-службе нужно придерживаться выработанной стратегии. «У каждой технологии, у каждого решения имеются свои светлые и темные стороны, и все зависит от того, с какой стороны забора вы хотите оказаться, – пояснил Катцер. – Если у вас нет бизнес-процессов и инфраструктуры, которые нужны для дальнейшего развития, все развалится».

Облачные инструменты невероятно мощны, но предприятиям необходимо подготовиться к их внедрению, знать трудности, с которыми, скорее всего, придется столкнуться, и разработать план, учитывающий новое организационное видение и направленный на достижение реалистичных бизнес-целей.

– Matt Kapko. 3 common cloud pitfalls IT should avoid. CIO. Feb 17, 2016

В России на конец 2015 года общее число устройств Интернета вещей, включая устройства, соединенные посредством сотовых, фиксированных, беспроводных локальных сетей и других технологий ближнего действия, составило более 16 млн шт. Что касается перспектив, то аналитики J’son & Partners прогнозируют один из двух вариантов развития событий – базовый или оптимистичный.

Согласно базовому сценарию, в ближайшие три года рынок будет демонстрировать устойчивый рост благодаря развитию массовых сервисов Интернета вещей, в первую очередь в таких областях, как «умный дом», транспорт, торговля, финансовые услуги и промышленность. Несмотря на проблемы в экономике, к 2018 году число подключенных устройств достигнет 32 млн. Однако из-за более высоких темпов роста мирового рынка доля России в общем количестве подключенных устройств в мире (сейчас составляющая 0,35%) к 2018 году снизится до 0,1%. При оптимистичном же прогнозе эта доля сможет достичь 1%.

Конечных пользователей будут стимулировать к использованию решений и сервисов Интернета вещей рыночные стимулы, поэтому для компаний наиболее интересны массовые сегменты:

• «умный дом», включая решения для создания интеллектуальных сервисов безопасности и оптимизации ресурсов домохозяйства;

• «умный транспорт», включая сервисы класса Fleet Management (система мониторинга автотранспорта) для индивидуальных перевозчиков, «умного страхования» и технического обслуживания по фактическому состоянию;

• торговля и финансовые услуги – решения для автоматической передачи и анализа данных с POS-терминалов и управление запасами домохозяйств как сервис;

• промышленность – перевод АСУТП на принципы Интернета вещей.

В рамках исследования был проведен и анализ технологических платформ Интернета вещей. Вопрос, какую платформу выбрать, становится для участников рынка все более актуальным, поскольку использование Интернета вещей для многих компаний переходит из теории в практическую плоскость. Так, по данным J’son & Partners Consulting, в мире на сегодняшний день насчитывается более 100 крупных поставщиков платформ и порядка 200-300 небольших, в том числе стартапов. Каждый из этих вендоров вполне правомочно называет себя поставщиком платформы Интернета вещей. Однако лишь единицы имеют универсальные платформы, предоставляющие сквозные, полностью законченные решения. Кроме того, следует учитывать не только тип платформы и ее функционал, но и масштабы операционной деятельности разработчика, развитие партнерской экосистемы, массовость внедрений и подтвержденную практикой масштабируемость, а также другие немаловажные факторы.

Согласно данным IDC, менее половины российских компаний начали использовать технологии IoT на практике – хотя бы на уровне экспериментов. При этом чаще всего речь идет о производственном секторе. В потребительский сегмент Интернет вещей проник гораздо слабее.

«Интернет вещей появится вследствие клиентоориентированности, которой сейчас в России катастрофически не хватает. В компаниях есть CIO, CDO... А где же Chief Customer Officer? О какой цифровой трансформации можно говорить, если не учтены даже простейшие, “аналоговые” потребности клиентов?» – такими вопросами в ходе конференции IDC IoT Summit задается Гарет Джонстон, независимый эксперт. В России, считает Джонстон, очень много сфер, где практически полностью отсутствует сервис, тогда как в Европе он уже реализован с помощью технологий Интернета вещей. Имеется огромный опыт, сделано уже очень много, и российским компаниям есть смысл хотя бы копировать практику, но этого почему-то не делают, а предпочитают самостоятельно изобретать велосипед.

«Русские – очень креативный народ, но эта креативность, к сожалению, редко применяется в бизнесе», – констатирует Джонстон. Разумеется, технологии – не главное, важнее – скрывающаяся за ними прибыль. Чтобы заинтересовать бизнес, надо дать возможность почувствовать, как с помощью того или иного решения можно заработать. Для этого надо мыслить не технологиями, а клиентами.

Дмитрий Шепелявый, заместитель генерального директора SAP СНГ, согласен, что основную пользу в развитии рынка Интернета вещей приносят системные интеграторы – «поставщики последней мили». Им нужны специалисты, способные создать законченные отраслевые решения, и консультанты, способные объяснить топ-менеджменту их пользу. В случае успеха эти же компании будут получать и основное «финансовое удовольствие» от работы.

Александр Ануфриенко, руководитель направления «Электроника. Новые способы хранения, обработки, передачи и отображения информации. IoT» фонда «Сколково», считает, что развиваться рынку Интернета вещей препятствуют главным образом низкая актуальность решений, их высокая стоимость и инерционное мышление потребителей. Колоссальна и разница в уровне развития: например, в США решениями для «умного дома» занимаются более 10 тыс. компаний, а в России – около 200.

«Интернет вещей – это одна из составляющих четвертой промышленной революции. А любая революция, как известно, ведет к радикальному переделу рынка: компания, которая не вписывается в новые тренды, исчезает», – уверен Борис Глазков, директор Центра стратегических инноваций «Ростелекома». Он видит большую проблему в мотивации чиновников, ведь огромная часть производств – государственная. Многие предприятия «сидят» на госзаказах, им не нужна никакая цифровая трансформация и не так уж важно быть способными, например, выпускать 102 ракеты вместо 100. Стимулом может стать лишь сокращение издержек из-за сложной экономической ситуации.

Для начала нужен хотя бы Интранет вещей, обеспечивающий взаимодействие в рамках одного предприятия. Он позволит решить многие традиционные проблемы, даст возможность интегрировать АСУТП, MES и ERP. После этого станет возможна интеграция со смежными предприятиями на уровне производственных систем, а затем – управление жизненным циклом продукции с помощью «цифровых двойников» каждого изделия.

По мнению Ольги Прокофьевой, члена совета директоров холдинга «Энергия», данные становятся основой бизнеса, а значит, правильно говорить не о промышленной, а о промышленно-информационной революции. Такая революция уже произошла, и вопрос в нашей скорости и желании использовать появившиеся технологии. По словам Прокофьевой, не следует уподобляться скептикам, критиковавшим когда-то братьев Райт и утверждавшим, что их детище никогда не взлетит.

«Если говорить про инфраструктуру университета, мы давно живем в Интернете вещей: у нас есть датчики на парковке и видеокамеры, а главным инструментом взаимодействия со студентами и преподавателями являются их смартфоны», – говорит Владимир Соловьев, директор по ИТ Финансового университета при Правительстве РФ. По его словам, пока нельзя точно сказать, как Интернет вещей может изменить потребительскую отрасль: это ружье до сих пор висит на стене и когда «выстрелит» – неясно. Есть проблема, типичная для многих сегментов ИТ: компании пытаются продавать технологию, а не результат, который нужен заказчику. Чтобы бизнес Интернета вещей заработал, поставщикам надо переосмыслить свои подходы и начать думать по-другому.

Оценивать состояние информационной безопасности на предприятиях стоит прежде всего с точки зрения защищенности от тех уязвимостей, с помощью которых атакующие уже сумели нанести серьезный ущерб – или вашей организации, или коллегам по отрасли. Если на какое-либо решение полагаются чересчур сильно, то оно само по себе становится слабым местом защиты. Следует искать эффективное сочетание инструментов. В то же время не стоит игнорировать действенные средства только из-за того, что они недостаточно удобны в использовании. Решениям безопасности, делающим акцент на удобстве, но упускающим из виду реальные опасности, нередко доверяют слишком сильно.

Какие системы безопасности делают вас уязвимыми

В компаниях нередко возлагают чересчур большие надежды на решения безопасности, которые в будущем могут не оправдать доверия из-за собственных дыр. Зияющие бреши, способные открыть вход атакующим, были обнаружены не только в OpenSSL, но и в ряде других технологий шифрования.

«Это как если бы у вас был надежнейший дверной замок, а потом выяснилось, что саму дверь можно легко отжать и снять с петель», – говорит Уолтер О’Брайен, эксперт по кибербезопасности, глава компании Scorpion Computer Services, который стал прототипом главного героя в сериале «Скорпион». (В сериале речь идет о группе вундеркиндов и эксцентричном руководителе их команды, работающей на службу национальной безопасности, и их задача – разбираться со сложными угрозами современности. «Скорпион» – это программа, которая помогает героям в получении информации о совершенных преступлениях. – Прим. ред.)

Так, протокол шифрования VoIP-звонков Mikey-Sakke, разработанный в британском Центре правительственной связи – спецслужбе, занимающейся электронной разведкой, имеет специально предусмотренный черный вход, а значит, является ненадежным по определению. Другой пример: в правоохранительных органах сразу двух стран, Голландии и Канады, сообщали об извлечении зашифрованных по алгоритму PGP сообщений электронной почты из специальной модели BlackBerry, отвечающей военным стандартам защищенности. Вряд ли после этого стоит доверять надежности такого шифрования.

Механизмы шифрования, используемые в виртуальных частных сетях, защищают данные в пути между ноутбуками дистанционных работников и корпоративными сетями. Но если сам ноутбук заражен и контролируется атакующим, защищенное соединение становится орудием взломщика, с помощью которого он возьмет под контроль сетевую систему на другом конце соединения и будет атаковать уже с нее, напоминает Эндрю Гинтер, сопредседатель комитета по кибербезопасности Международной ассоциации автоматизации ISA.

Самоконфигурируемые межсетевые экраны – еще один инструмент, обеспечивающий меньше защиты, чем некоторые полагают.

«Установившие такой сетевой экран начинают чувствовать себя в полной безопасности и не думают о том, что еще нужно заботиться о защищенности приложений, баз данных, исходных кодов», – продолжает О’Брайен.

Еще один вид самообмана – когда ограничиваются выбором самых современных решений (скажем, систем испытания на возможность проникновения, отчетности об аномалиях и т. п.). Внедрив их, ошибочно полагают, что этого достаточно.

«Вы видите, что система выдержала десятки тысяч тестов на уязвимость для SQL-инъекций за какой-то период времени, и у вас появляется ложное чувство защищенности, – говорит О’Брайен. – Но подобные тесты нередко просто варианты тех, что существуют уже лет десять или двадцать, а вовсе не новые. Устаревшие тесты не смогут показать, уязвимы ли ваши системы для свежих эксплойтов».

Каким решениям стоит доверять больше

В организациях следует вести учет мест размещения наиболее ценных данных, в том числе облачных сервисов, документировать маршруты и операции передачи данных, точки их входа в сеть и выхода из сети, а также обнаруженные уязвимости. Стоит также внедрять технологии, позволяющие защититься от возможных потерь самой ценной информации.

Целесообразно, в частности, внедрить защитные решения на основе искусственного интеллекта. Такие предлагаются той же Scorpion Computer Services, а также компаниями Lancope, AlienVault и другими – в сочетании с решениями, в полной мере реализующими базовые функции информационной безопасности. Если задействовать такие системы совместно с другими эффективными средствами и отказаться в то же время от решений, не удовлетворяющих современным требованиям, то организация сможет надежнее защититься от вторжений: можно будет более результативно тестировать системы на уязвимости и отмечать аномалии их поведения.

Действенность даже лучшего оружия определяется мастерством того, кто им пользуется, – если у воина связаны руки, он будет бессилен перед нападающим. «У специалиста, к которому поступают предупреждения системы безопасности, должны быть полномочия немедленно принять меры – отключить отдел от сети, отозвать чьи-то привилегии в системе или взять кого-то под стражу, – подчеркивает О’Брайен. – А если все, что вы можете, – это отчитаться в конце квартала, то смысла в ваших защитных системах – никакого».

Некоторые защитные механизмы работают практически без участия человека просто в силу особенностей своего принципа действия

Некоторые защитные механизмы работают практически без участия человека просто в силу особенностей своего принципа действия. В организациях стоит подумать о применении подобных подходов. «Мне, к примеру, по душе однонаправленная связь – шлюзы, которые разрешают прохождение информации только в одном направлении», – отмечает Гинтер.

Это, конечно, не подойдет, если сотрудники могут удаленно заходить в сеть по VPN и работать в режиме двунаправленного обмена данными из дома, как в офисе. Но если есть риск того, что бизнес может погибнуть из-за единственного проникновения в сеть, значит, позволять дистанционный обмен данными с системами, содержащими критически важную информацию, просто недопустимо.

– David Geer. Which security products do enterprises expect too much from? CSO. Feb 11, 2016

Неточность и неполнота данных отрицательно сказываются на бизнесе. Опрос 200 ИТ-директоров и представителей высшего руководства крупных предприятий, проведенный специалистами компании 451 Research, показал, что данные, не соответствующие стандартам качества, типичны для многих организаций. И объясняется это отрывом ИТ-директоров от отраслевых менеджеров. Одновременно возрастает роль директора по данным (chief data officer, CDO), который становится связующим звеном между ИТ-директором и бизнес-менеджерами и отвечает за качество данных.

«Только 40% руководителей высшего звена твердо уверены в качестве данных своей организации», – поясняется в отчете об исследовании 451 Research, которое выполнялось по заказу компании Blazent, поставляющей интеллектуальные платформы для сбора и обработки данных. Вместе с тем 94% ИТ-руководителей согласны с тем, что низкое качество данных снижает результаты бизнеса, приводит к потере доходов и принятию неверных стратегических решений.

«Значительная доля опрошенных полагают, что утрачиваются важные ценности, а следовательно, политика невмешательства неуместна», – указывают аналитики. ИТ-руководители понимают, что плохие данные отрицательно отражаются на бизнесе, но при этом не тратят достаточно времени на улучшение качества данных и не выделяют необходимых для этого ресурсов. Такая тенденция очень опасна в условиях, когда бизнес рассматривает данные как свое конкурентное преимущество.

Большие Данные + большие проблемы = большая головная боль

Компании TD Ameritrade, Navistar и Merck Animal Health занимаются интеграцией данных и управлением ими в интересах бизнеса, инициируя цифровые преобразования, о которых так любят рассуждать генеральные директора и другие представители высшего руководства. Но при этом качество большей части данных оставляет желать лучшего. В процессе переноса и интеграции данных зачастую возникают ошибки, порождающие информационные пробелы или дублирование информации.

Опрос показал, что только в половине организаций качество данных оценивают чуть выше, чем удовлетворительно, или «достаточно хорошо в целом». Естественно, о всеобщем одобрении в этом случае говорить не приходится. А 8,5% опрошенных сообщили, что никакой стратегии управления качеством данных у них нет вовсе. Вместо того чтобы заниматься этими вопросами, они просто «надеются на лучшее».

Корпоративные данные поступают из самых разных источников, порой вводятся вручную и автоматически собираются с помощью разнообразных компьютеров, мобильных устройств и программного обеспечения. Затем данные поступают в хранилища для последующей обработки. Специалисты ИТ-службы обрабатывают и очищают данные, устраняя неточности и дублирование. Процесс этот называется нормализацией. Для сотрудников бизнес-подразделений ИТ-персонал, как правило, создает отчеты или аналитические системы самообслуживания. Но, несмотря на все эти усилия, снежный ком проблем, связанных с качеством данных, лишь растет из-за ошибок, допускаемых при вводе клиентами и собственными сотрудниками или возникающих в ходе переноса и преобразования данных, либо вследствие тех или иных изменений в системах источников и ввода в эксплуатацию новых систем.

«В какой-то степени проблемы обусловлены отрывом ИТ-директоров, отвечающих за данные, от руководителей бизнес-подразделений, которые эти данные используют, – отметил Дэн Ортега, вице-президент по маркетингу компании Blazent, чье программное обеспечение такие организации, как Visa, Kaiser Permanente и CSC, применяют для повышения качества своих данных. – Взаимодействие тех представителей бизнеса, кому технологии нужны для более эффективного решения стоящих перед ними задач, и ИТ-специалистов, уделяющих в своей деятельности больше внимания перспективным тенденциям, чем ликвидации реальных проблем, по-прежнему оставляет желать лучшего».

Директор по данным в роли спасателя

Директор по данным способен сократить разрыв между требованиями бизнеса и предложениями ИТ-службы. Компаниям необходимо больше заниматься очисткой данных и поиском дополнительных источников информации. ИТ-директор зачастую слишком занят вопросами функционирования ИТ-систем и не уделяет повышению качества данных достаточно внимания.

«ИТ-руководители прежде всего озабочены нормальным функционированием существующих систем и инфраструктуры, их эффективностью с точки зрения затрат и скоростью их реакции, – подчеркнул генеральный директор Blazent Гэри Оливер. – А директор по данным думает об улучшении внутренних и внешних данных, открывающих перед бизнесом новые возможности и позволяющих добиться более высоких результатов».

С этой точкой зрения согласен и аналитик Gartner Марио Фариа. Компании пытаются получить дополнительные конкурентные преимущества и повысить свою эффективность путем лучшего использования информации. Руководители предприятий начинают осознавать высокий потенциал цифрового бизнеса и требуют повышения отдачи от имеющихся у организации информационных активов и аналитических средств. Логично было бы ввести в состав высшего руководства директора по данным, который будет управлять многочисленными появляющимися возможностями и отвечать за сбор и обработку отраслевой информации.

Несмотря на то что во многих банках и других финансовых учреждениях должность директора по данным уже есть, в целом она по-прежнему относится к самым последним нововведениям. Признавая необходимость учредить должность руководителя, отвечающего за управление корпоративными информационными системами, 90% компаний планируют обзавестись директором по данным к концу 2019 года. «Человек этот должен будет решать сложные задачи по выработке информационной стратегии и определению критериев, помогающих увязать деятельность своей команды с измеримыми целями бизнеса», – пояснил Фариа.

– Clint Boulton. Disconnect between CIOs and LOB managers weakens data quality. CIO. Feb 5, 2016