J'son & Partners Consulting

По данным J'son & Partners, в 2020 году отраслевая структура потребления бизнес-SaaS в России не изменилась: как и в 2019 году 80% потребления пришлось на предприятия торговли и сферы услуг, включая финансовые и телекоммуникационные организации.

С 2014 года рынок бизнес-SaaS в России вырос в пять раз по количеству компаний-пользователей и почти в девять раз в денежном выражении, что соответствует ежегодному росту с CAGR на уровне 43%. Однако налицо замедление темпов роста рынка в 2018-2020 годах как по клиентской базе, так и в денежном выражении. Это происходит на фоне по-прежнему крайне незначительного абсолютного размера рынка бизнес-SaaS, который по своему объему в денежном выражении равен объему рынка виртуальных АТС, то есть такой же, как рынок отдельно взятой наиболее простой функциональности SaaS.

По мнению экспертов, России нужны национальные отраслевые программы цифровизации, направленные на реализацию идеологии сквозного оптимизационного управления, охватывающего не только торгово-посредническую деятельность и сферу услуг, но и все отрасли промышленности, логистики и транспорта. Только полноценная реализация таких программ создаст необходимые предпосылки для использования полнофункциональных средств автоматизации всеми участниками цепочек создания и распределения добавленной стоимости продуктов и услуг, и, как следствие, обеспечит быстрый рост рынка бизнес-SaaS в России в денежном выражении и количестве компаний-пользователей.

В отсутствие таких программ рынок бизнес-SaaS в России в период 2021-2025 годов продолжит демонстрировать устойчивое замедление темпов роста – уже в 2023 году они упадут ниже 10% на фоне снижения ARPU в течение всего периода прогнозирования. Отметим, что столь незначительный объем рынка облачных бизнес-приложений не позволит окупить вложения в развитие сетей нового поколения, включая сети 5G.

Усиление позиций новых игроков, имеющих дата-центры уровня hyperscale, и поглощение операторами связи провайдеров услуг ЦОД и нишевых облачных провайдеров фактически означает формирование трех «полюсов» российского рынка IaaS/PaaS. Первым из них становятся операторы связи, путем поглощений развивающие направление IaaS/PaaS и предлагающие комплексные коммуникационные и вычислительные сервисы заказчикам в государственном и корпоративном сегментах. Два других – развивающиеся и органически конкурирующие между собой глобальные и российские гиперскейл-провайдеры.

Российский рынок IaaS/PaaS в период 2014-2020 годов

Исследование J'son & Partners охватило только публичный сегмент рынка. По оценке аналитиков, в 2020 году он составил 15,8 млрд руб., увеличившись на 33% по отношению к 2019 году. Согласно уточненным данным, в 2019 году российский рынок IaaS/PaaS в денежном выражении рос на 29%, а в 2018 году на 22%. Таким образом, в период 2019-2020 годов рынок продемонстрировал ускорение темпов роста. Тем не менее, темпы роста на уровне чуть выше 30% в рублевом выражении никак нельзя назвать «взрывными», несмотря на очевидно способствовавшие ускоренному росту облачного рынка в 2020 году факторы, такие как локдаун и перевод значительной части офисного персонала на удаленную работу, а также рост интенсивности торговых транзакций в онлайн.

По итогам 2020 года общий уровень проникновения IaaS/PaaS в России пока остается низким – немногим более 3% от общего количества хозяйствующих субъектов, имеющих широкополосный доступ в интернет, хотя в сегменте крупных и средних предприятий проникновение почти в 10 раз выше среднего. Отчасти такая ситуация связана с ростом потребления ориентированных на малый бизнес корпоративных приложений в формате SaaS, то есть малый и в особенности микробизнес предпочитает использовать готовые облачные бизнес-приложения вместо покупки IaaS/PaaS.

По данным J'son & Partners, в 2020 году почти 80% компаний-пользователей IaaS/PaaS относились к торговле и сфере услуг, включая телекоммуникационные, ИТ, государственные и финансовые. Эта отраслевая структура потребления облаков стабильна – за период 2014-2019 годов не было отмечено существенных изменений, за исключением роста в сегменте «Госуправление», связанного с внедрением онлайн-сервисов госуслуг, ЕМИАС и аналогичных. Важно отметить, что высокая доля потребления IaaS/PaaS со стороны торговли и сферы услуг – это обратная сторона крайне низкого объема потребления со стороны промышленных и транспортно-логистических предприятий.

В территориальной структуре потребления IaaS/PaaS по-прежнему около 55% составляют компании, расположенные в Москве и Московской области. Даже для России с присущей ей высокой концентрацией экономической активности в московском регионе это анормально высокая доля. Такой перекос является следствием горизонтальной структуры рынка, где преобладают крупные компании, использующие IaaS/PaaS в дополнение к услугам размещения и аренды серверов, а также своей собственной ИТ-инфраструктуре.

Перспективы облачного рынка

С 2014 по 2020 годы рынок IaaS/PaaS в России вырос в 5 раз по количеству компаний-пользователей, и в 6 раз по размеру рынка в денежном выражении, что соответствует ежегодному росту на уровне 35%. В период с 2016-2018 годы наблюдалась устойчивая тенденция замедления темпов роста рынка как по клиентской базе, так и в денежном выражении. Однако эта тенденция была переломлена в 2019-2020 годах. По прогнозам аналитиков, ежегодные темпы прироста рынка IaaS/PaaS в ближайшие пять лет составят 21%.

Основным драйвером роста рынка выступит расширение потребления публичных IaaS/PaaS со стороны крупных предприятий и организаций, преимущественно ориентированных на розничный бизнес и госуслуги, а также потребления со стороны малых предприятий, в основном представленные провайдерами SaaS и онлайн-сервисов. При этом потребление публичных IaaS/PaaS со стороны промышленности, транспорта и логистики будет оставаться незначительным, что не позволит рынку расти существенно быстрее 20% в год.

В 2019 году объем российского рынка IaaS/PaaS составил, по оценкам J'son & Partners Consulting, 11,9 млрд руб., увеличившись на 29%. Согласно уточненным данным, в 2018 году рынок в денежном выражении рос на 22%, а в 2017 году – на 28%. Таким образом, в 2019 году была преодолена тенденция замедления темпов роста.

По итогам 2019 года общий уровень проникновения IaaS/PaaS в России пока остается низким – немногим более 2% от общего количества хозяйствующих субъектов, хотя в сегменте крупных и средних предприятий проникновение почти в 10 раз выше среднего. Отчасти такая ситуация связана с ростом потребления ориентированных на малый бизнес корпоративных приложений в формате SaaS. То есть малый и в особенности микробизнес предпочитает использовать готовые облачные бизнес-приложения вместо покупки IaaS/PaaS, а сервисы IaaS/PaaS используют провайдеры SaaS и крупные компании не ИТ-сектора.

Как отмечают аналитики, в 2019 году почти 80% компаний-пользователей IaaS/PaaS относились к торговле и сфере услуг, включая телекоммуникационные, ИТ, государственные и финансовые. Эта структура стабильна – за период 2014-2019 годов не было отмечено существенных изменений, за исключением роста в сегменте «Госуправление», связанного с внедрением онлайн-сервисов госуслуг, ЕМИАС и аналогичных. Важно отметить, что высокая доля потребления IaaS/PaaS со стороны торговли и сферы услуг – это обратная сторона крайне низкого объема потребления со стороны промышленных предприятий.

В территориальной структуре потребления IaaS/PaaS около 55% составляют компании, расположенные в Москве и Московской области.

С 2014 по 2018 годы рынок IaaS/PaaS в России утроился как по количеству компаний-пользователей, так и по размеру рынка в денежном выражении, что соответствует ежегодному росту с CAGR на уровне 37%. Однако уже с 2016 года наблюдалась устойчивая тенденция замедления темпов роста рынка как по клиентской базе, так и в денежном выражении.

Резкое ускорение роста абонентской базы, имевшее место в 2019 году, пока не привело к столь же существенному приросту рынка в денежном выражении, но, тем не менее, создает потенциал его роста в 2020 году и в последующие годы. Его основой может стать увеличение объема потребления IaaS/PaaS существующими пользователями, и, как следствие, рост среднего чека, особенно в сегментах малых и микропредприятий.

По прогнозам J’son & Partners Consulting, ежегодные темпы прироста рынка IaaS/PaaS в период 2020-2025 годов в денежном выражении составят 23% в год на фоне смены отрицательной динамики ARPU в 2020-2021 годах на слабо выраженную положительную.

Основываясь на быстрых темпах роста рынка бизнес-SaaS в России с период 2014-2015 годов, аналитиками J’son & Partners Consulting был представлен прогноз о том, что уже в 2020 году не менее 20% рабочих мест в России могут быть виртуализованы, то есть обеспечены средствами автоматизации, позволяющими организовать полноценную работу персонала вне офисов.

Очевидно, что экономические факторы, например, дороговизна офисных помещений, производственная необходимость, а также экстренные ситуации (как, например, текущая реализация мер борьбы с распространением короновируса в России) приведут к значительному превышению прогноза о переводе на удаленную работу 20% всего занятого населения в 2020 году. Однако ввиду замедления темпов роста проникновения бизнес-SaaS в России в период 2017-2019 годов, в настоящее время, по оценкам J’son & Partners Consulting, лишь около 10% рабочих мест в России можно назвать виртуализованными

Столь малый уровень проникновения бизнес-SaaS в России означает, что для подавляющего большинства предприятий микро, малого и даже среднего бизнеса в России перевод персонала на удаленную занятость технологически затруднен и может привести к существенному снижению производительности труда. В ситуации когда перевод офисных работников на работу из дома необходим как вынужденная мера, а ухудшение макроэкономической ситуации предъявляет существенно более жесткие требования к качеству бизнес-планирования, контроля и ведения операционной деятельности, задача обеспечения продуктивной работы распределенных команд становится чрезвычайно актуальной.

Как признают аналитики J'son & Partners Consulting, это крайне скромный объем, составляющий лишь 0,2% от глобального рынка при доле России в мировой экономике в 1,5-1,8%. Более того, в 2017 году рынок вырос на 27%, в 2016 году – на 34%, а в 2015 году – на 74%. Таким образом, налицо замедление темпов роста рынка.

По итогам 2018 года общий уровень проникновения IaaS/PaaS в России пока остается низким – менее 2% от общего количества хозяйствующих субъектов, имеющих широкополосный доступ в Интернет, хотя в сегменте крупных и средних предприятий проникновение почти в 10 раз выше среднего. Отчасти такая ситуация связана с ростом потребления ориентированных на малый бизнес корпоративных приложений в формате SaaS, то есть малый и в особенности микробизнес предпочитает использовать готовые облачные бизнес-приложения вместо покупки IaaS/PaaS.

На текущий момент более 70% компаний-пользователей IaaS/PaaS относятся к торговле и сфере услуг, включая телекоммуникационные, ИТ и финансовые. Это обратная сторона крайне низкого объема потребления со стороны промышленных предприятий. Кроме того, В территориальной структуре потребления более 65% составляют компании, расположенные в Москве и Московской области. Даже для России с присущей ей высокой концентрацией экономической активности в московском регионе это анормально высокая доля. Такой перекос является следствием горизонтальной структуры рынка, где преобладают крупные компании, использующие IaaS/PaaS в дополнение к «традиционным» услугам аренды и размещения серверов и своей собственной ИТ-инфраструктуре.

Что касается перспектив развития рынка, то отмечается появление среди специализированных российских провайдеров новых мощных игроков, способных уже в ближайшие годы значительно изменить конкурентный ландшафт рынка. Так, сервисы «Яндекс» и Mail.Ru в перспективе могут стать если не полноценной заменой сервисам AWS и Azure, то дополнением к ним, если будет выбран перспективный путь партнерства с глобальными провайдерами IaaS/PaaS и модель мультиоблака. К операторам гиперЦОДов могут присоединиться и операторы схожих по размеру корпоративных дата-центров, в первую очередь – Сбербанк, с услугой публичного облака «Сбербанк Cloud».

По прогнозу J’son & Partners Consulting, дальнейший рост рынка IaaS/PaaS в денежном выражении составит 18% в год.

SaaS в 2018 году

Под бизнес-приложениями, предоставляемыми по модели SaaS, в настоящем исследовании понимаются транзакционные и аналитические приложения (учетные, CRM, ERP, BI) и приложения класса Enterprise Content Management (ECM), основными видами которых являются офисные пакеты приложений и системы управления веб-сайтами (Content Management Systems, CMS). В рамки исследования не включены обычно относимые к SaaS веб-сервисы электронного документооборота, рынок данного вида сервисов описан в отдельном отчете.

По оценке J’son & Partners Consulting, в 2018 году рынок SaaS вырос на 30% и достиг 5,8 млрд руб. При этом рост рынка в денежном выражении существенно превосходит динамику роста клиентской базы. Таким образом, рост происходит преимущественно за счет расширения использования приложений уже существующими пользователями. В гораздо в меньшей степени рост происходит за счет привлечения новых пользователей, до этого вообще не пользовавшихся SaaS.

Структура клиентской базы SaaS меняется в пользу учетных приложений, а структура в денежном выражении – в сторону роста доли ERP- и BI-систем в формате SaaS, и, в меньшей степени, – в пользу учетных систем. Но поскольку ERP и BI-функционал из облака используется пока крайне ограниченной по количеству группой компаний – причем лишь в части автоматизации вспомогательных процессов, таких как управление персоналом, рост их потребления не оказывает влияния на изменение структуры клиентской базы. Это наглядно демонстрирует, насколько взрывным может быть рост этого сегмента рынка в случае, если полнофункциональные ERP и BI приложения станут доступными и востребованными более широким кругом потребителей.

Перспективы рынка

Очевидно, что при достигнутом в 2018 году проникновении в единицы процентов от общего количества компаний, рынок SaaS в России имеет потенциал более чем десятикратного роста абонентской базы. Более того, уровень проникновения систем автоматизации бизнес-процессов в России находится на уровне 20-25%, и поэтому темпы увеличения проникновения именно облачных бизнес-приложений могут быть очень высокими. В этом случае речь пойдет не столько о замещении существующих on-premise приложений на облачные, сколько вообще о единственной возможности для малых и в особенности микропредприятий получить доступ к эффективным средствам автоматизации, повышающим производительность труда и снижающим удельные издержки.

Однако проблемой, характерной именно для России, является превалирование примитивной торгово-посреднической деятельности в структуре экономики в целом, и в особенности среди малых и микропредприятий, потребности которых в автоматизации практически полностью покрываются простыми учетными приложениями.

Потенциал как минимум десятикратного роста абонентской базы в сочетании с потенциалом как минимум трехкратного роста уровня потребления сервисов дает потенциал роста рынка бизнес-SaaS в денежном выражении более чем в 30 раз до более чем 120 млрд руб. в год на горизонте ближайших 7-10 лет. Это делает рынок SaaS наиболее очень привлекательным, по своему потенциальному размеру превосходящим весь существующий российский рынок ИТ-услуг. Но реализация этого потенциала требует изменения структуры экономики страны, а именно реализации на территории России этапов разработки и производства продукции высоких переделов.

Особенность бизнеса предприятий торговли и сферы услуг состоит в относительно невысоких требованиях к функционалу средств автоматизации, которые, как правило, ограничиваются функционалом офисных, учетных и CRM-приложений. В настоящее время рынок SaaS в России растет именно за счет таких приложений. Таким образом, фактор роста за счет расширения потребляемого функционала, и, как следствие, увеличения ARPU, пока не реализован.

Крупные промышленные предприятия, среди которых преобладает добыча и первичная переработка сырья, а также оборонное машиностроение, в свою очередь, крайне консервативны и информационно закрыты. Пока они не рассматривают всерьез переход на цифровые бизнес-модели, предполагающие интенсивный информационный обмен по всей цепочке участников создания добавленной стоимости. Но именно такой подход может формировать потребность в облачных полнофункциональных ERP и BI-приложениях поколения Интернета вещей.

В настоящее время ключевым фактором роста потребления SaaS в мире выступает именно бурный рост проникновения IoT-платформ и приложений ориентированных на сквозное оптимизационное управление. Как следствие, в облаках происходит накопление широкой номенклатуры машинных данных за все более длительный исторический период, позволяющих создавать на основе этих данных сложные прогностические модели. В России этот фактор роста рынка SaaS пока отсутствует полностью.

Драйверами роста потребления SaaS в нашей стране выступают традиционные корпоративные приложения, такие как порталы электронной и омниканальной коммерции, CRM, учетные системы и офисные приложения, потребляемые преимущественно малым и микробизнесом, а также коммуникационные сервисы. Полнофункциональные ERP-системы и сложные аналитические платформы и приложения в облачном формате в России не используются, что не позволяет формироваться экосистемам облачных платформ и приложений.

Как резюмируют в J’son & Partners, в России нужны национальные отраслевые программы цифровизации, направленные на реализацию идеологии сквозного оптимизационного управления, охватывающего не только торгово-посредническую деятельность и сферу услуг, но и все отрасли промышленности. Только полноценная реализация таких программ создаст необходимые предпосылки для использования полнофункциональных средств автоматизации всеми участниками цепочек создания добавленной стоимости продуктов и услуг, и, как следствие, обеспечит быстрый рост рынка SaaS.

Ключевым драйвером развития российского рынка биометрических технологий является платформа удаленной биометрической идентификации (ЕБС), создающая безопасную среду для масштабирования рынка через интеграцию разнообразных клиентских сценариев национального масштаба.

Структура российского рынка биометрических технологий значительно отличается от мирового. В то время как в глобальном пространстве доминирующую долю продолжают занимать технологии отпечатков пальцев (Fingerprint), в России наблюдается активное проникновение технологии распознавания лиц (Facial Recognition). За последние три года технологии распознавания лица увеличили свою долю в общем объеме российского биометрического рынка почти до 50%, ежегодно демонстрируя более чем двукратный рост.

Ключевой тренд — переход от внутрикорпоративного использования биометрии к активному освоению сценариев, связанных с клиентскими сервисами. Данную тенденцию можно наблюдать практически во всех потребительских сегментах: на транспорте — от систем видеонаблюдения и биометрических систем управления доступом к системам самостоятельной регистрации; на спортивных объектах — от систем видеоаналитики к биометрии, интегрированной с билетными кассами, и развитию «безбумажных» технологий.

В банковском секторе происходит переход от систем доступа к корпоративным информационным системам к удаленной идентификации клиентов, в ретейле и ресторанно-гостиничном бизнесе — от систем учета рабочего времени сотрудников к биометрическим платежным системам, персонализированным сервисам, биометрическим системам check-in и использованию биометрических идентификаторов как эффективного инструмента в рекламе и маркетинге.

В целом, финтех должен стать главным сегментом, в котором будет развиваться российский рынок биометрии в ближайшие 4-5 лет. Согласно оценкам J’son & Partners Consulting, именно рынок банковской биометрии в период 2018-2022 годов будет демонстрировать самые высокие темпы роста.

Ближайшие три-пять лет станут благоприятными для инвестиций в перспективные российские ИТ-компании. Таковы результаты аналитического отчета «Инвестиционный потенциал российского ИТ-рынка», подготовленного по заказу Московской биржи компанией J’son & Partners Consulting.

По оценке J’son & Partners Consulting объем российского ИТ-рынка по итогам 2017 года вырастет до 733 млрд руб. При этом доля ИТ-услуг в общем объеме рынка увеличится до 20,7%. В рамках исследования был также проведен анализ рынка информационных технологий и оценены перспективы его развития: уровень проникновения облачных сервисов автоматизации бизнес-процессов может вырасти в ближайшие пять лет с нынешних 1-3% до 25-30% от общего количества российских предприятий.

Пока еще низкий уровень проникновения многопользовательских приложений автоматизации производственных и бизнес-процессов может рассматриваться как потенциал существенного роста российского рынка ИТ-услуг в ближайшие 10 лет (с нынешних 20% до 80%).

Как комментирует результаты исследования Александр Афанасьев, председатель правления Московской биржи, наступившая эпоха цифровой трансформации повышает спрос на разработки российских ИТ-компаний и при этом создает потребность в привлечении ими капитала для инвестиций в создание новых продуктов и технологий, развитие каналов сбыта, включая глобальные рынки. Есть все предпосылки для размещения ИТ-компаний на Московской бирже: эффективная инфраструктура, присутствие разных типов российских и иностранных инвесторов, инструменты поддержки от государства, в том числе, налоговые льготы для инвесторов в инновационные компании, доступ к средствам пенсионных фондов. И число успешных размещений компаний среднего размера постепенно растет.

Исследование J’son & Partners охватывает следующие сегменты ИТ-рынка: услуги системной интеграции (ИТ-консалтинг, проектирование, кастомизация и внедрение программно-аппаратных систем и комплексов, услуги техподдержки и аутсосринга эксплуатации систем); все виды облачных В2В-сервисов, включая цифровые бизнес-сервисы; разработка ПО корпоративного уровня, как прикладного, так и системного. Сегмент производства и поставки ИТ-оборудования не рассматривается.

Суть происходящей трансформации ИТ-рынка заключается в изменении роли ИТ в управлении процессами. От традиционного уровня, где основная роль информационно-управляющих систем — это информационная поддержка исполняемых вручную процессов и где характерны множественность уровней иерархии управления при слабом информационном обмене между ними, статичность алгоритмов и on-promise модель развертывания систем, к более высокому уровню — информационно-управляющие системы осуществляют непосредственное исполнение процессов, иерархия управления становится плоской, а модель развертывания — облачной, при этом модифицируются и алгоритмы управления.

Именно облачная модель позволяет понизить барьер доступа к созданию полнофункциональных систем автоматизации бизнес-процессов и тем самым значительно расширить потенциальный рынок ИТ-услуг, уверены в J’son & Partners.

Практика таких стран, как США и Бразилия это подтверждает. Так, в США сектор СМБ тратит на облачные услуги 26 млрд. долл. в год, что составляет половину общего объема этих услуг в стране. В Бразилии объем рынка облачных услуг выше российского почти в четыре раза именно а счет существенно более высокого проникновения в малый бизнес.

Уже начавшуюся на российском ИТ-рынке трансформацию трудно увидеть, исходя только из его общего объема. Дело в том, что часть средств переходит с «рынков-доноров» (к ним в исследовании J’son & Partners относят традиционные рынки — оборудование и системное ПО для установки on-promise, прикладное ПО для установки on-promise, услуги по внедрению и эксплуатации систем on-promise) к «рынкам-реципиентам» (к ним относятся оборудование и ПО для провайдеров облачных и веб-сервисов, инфраструктурные облачные сервисы, прикладные облачные и web-сервисы, разработка ПО нового поколения (в т.ч. на экспорт), услуги по внедрению и интеграции облачных и гибридных приложений).

Важно, что на этих, в основном новых «рынках-реципиентах» доля добавленной стоимости, созданной российскими ИТ-компаниями, по сравнению с созданной иностранными компаниями в России, в среднем значительно выше, чем на «рынках-донорах».

В нашей стране процесс облачной трансформации лишь в самом начале. Так, по данным J’son & Partners, серверная инфраструктура все еще на 89% расположена на стороне корпоративных пользователя и только 11% используется из публичного облака; 95% бизнес-приложений (всех видов) установлены on-premise и только 5% потребляются из публичного облака.

По мнению J’son & Partners, есть потенциал примерно четырехкратного роста проникновения многопользовательских бизнес-приложений (не включая системы автоматизации бухгалтерского и налогового учета и отчетности), при этом наибольшего роста (почти в 5 раз) можно ожидать в секторе микропредприятий, а наименьшего (чуть менее чем в два раза) в секторе средних и крупных предприятий.

Происходящая трансформация способствует росту независимой от глобальных вендоров добавленной стоимости, создаваемой российскими ИТ-компаниями, даже на фоне общей стагнации ИТ-рынка в России.

По оценкам J’son & Partners, в период 2014-2021 годы CAGR (совокупный среднегодовой темп роста) добавленной стоимости за счет ИТ-услуг и разработки ПО при консервативном прогнозе на 2017-2021 годы составит 4,5%. В этот же период добавленная стоимость при перепродаже аппаратного обеспечения и ПО, достигнув максимума в 2017 году, начнет снижаться.

Вследствие малого размера российского рынка ИТ-услуг и ПО и практически полного отсутствия капитализации наших ИТ-компаний в структуре их инвестиций в развитие новых технологий/продуктов и продвижение на внутренний и международный рынки преобладают собственные средства.

Но поскольку «старые» рынки низкомаржинальны, а «новые» пока малы, источников собственных средств недостаточно для того, чтобы воспользоваться этим уникальным периодом трансформации, когда российский и международный ИТ-рынки открываются для новых игроков. Выход — в привлечении внешнего долгосрочного и относительно недорогого финансирования.

В настоящее время для инвесторов складывается наиболее благоприятная ситуация для входа в капитал перспективных российских ИТ-компаний: с одной стороны, сейчас им необходим внешний капитал для реализации стратегий цифровой трансформации, а с другой, они стоят относительно недорого. При этом по мере реализации цифровой трансформации будет расти и мультипликатор (отношение возможной капитализации компании к ее выручке), и выручка, и ликвидность ценных бумаг таких компаний.

Отдельные компании уже сейчас готовы к выходу на IPO, но наибольшая их часть «созреет» через 3-5 лет. Поэтому нужен тесный контакт заинтересованных инвесторов с владельцами и менеджментом перспективных ИТ-компаний (пока стороны совершенно недостаточно знают друг друга) с целью выработки прозрачных для инвесторов стратегий развития.

По мнению аналитиков J’son & Partners, наиболее привлекательны для инвестирования четыре вида российских ИТ-компаний:

• Провайдеры облачных бизнес-приложений (SaaS) как собственной разработки, так созданных партнерами, предлагающие их в виде интегрированных решений
• Разработчики тиражных приложений и системного ПО, ориентированные на кооперацию с российскими и глобальными облачными провайдерами как на канал сбыта
• Провайдеры инфраструктурных облачных сервисов, являющиеся частью крупных ИТ-групп, имеющие собственную структуру ЦОДов и использующие собственные разработки на базе ПО с открытым кодом
• Специализированные разработчики ПО на заказ.

Ожидается, что по итогам 2022 года его объем достигнет почти 90 млрд руб., а структура претерпит значительные изменения. Так, доля услуг передачи данных и проприетарных аппаратно-программных комплексов снизится с более чем 70% в настоящее время до чуть более 40%, а доля облачных сервисов вырастет почти в пять раз.

В проведенном исследовании J`son & Partners Consulting/JSON.TV под системами IoT/M2M понимаются распределенные системы телеметрии и телеуправления, для которых источником данных являются данные, генерируемые и передаваемые объектами телеметрии (устройствами IoT/M2M) автоматически, без участия или с минимальным участием человека.

Эксперты отмечают, что в настоящее время единого рынка IoT/M2M в России не существует. Есть набор практически не связанных между собой рынков, которые так или иначе можно отнести к IoT/M2M. Основные из них:

• Рынок систем и услуг мониторинга транспорта, включая так называемое «умное страхование».
• Рынок систем и услуг пультовой охраны и охранного видеонаблюдения, пока являющийся единственным крупным сегментом рынка систем и услуг «умный дом».
• Формирующийся рынок систем и услуг коммерческого учета потребления энергоресурсов промышленными предприятиями и домохозяйствами, который также можно рассматривать как сегмент рынка «умный дом».
• Рынок платежных систем с соответствующим набором подключенных устройств: банкоматы, платежные терминалы, контрольно-кассовые аппараты с сетевым WAN-подключением, модули для мобильных терминалов оплаты.

Российский рынок распределенных систем телеметрии по итогам 2017 года

Рынок распределенных систем телеметрии, также называемый рынком систем межмашинных коммуникаций (М2М), а также рынком систем Интернета вещей развивается в России более 15 лет, а отдельные его сегменты, например рынок услуг пультовой охраны, существует уже более 40 лет. В результате сформировалась значительная установленная база подключенных устройств, которая в 2016 году составила 15,9 млн устройств телеметрии, подключенных к WAN с использованием всех видов технологий подключения: сотовых, проводных фиксированных и беспроводных фиксированных, и их комбинаций.

Ввиду свойственных российскому рынку распределенных систем телеметрии умеренных темпов прироста количества подключенных устройств с одной стороны, и значительности размера установленной базы устройств IoT/M2M относительно абсолютного значения ее ежегодного прироста с другой, доля услуг связи в объем объеме потребления решений IoT/M2M в России чрезвычайно велика — она превышает 50%.

Другая причина столь высокой доли услуг связи — в неразвитости сервисов и облачных платформ IoT/M2M и, как следствие, небольшом размере добавленной стоимости IoT/M2M-решений, формируемой на таких платформах. Это отличает российский рынок от мирового и свидетельствует о неразвитости рынка решений и сервисов IoT/M2M в России именно в части value-added обработки данных, получаемых с устройств телеметрии.

Еще одна причина высокой доли услуг связи в общей структуре затрат на IoT/M2M решения состоит в том, что услуги передачи данных, особенно в сотовых сетях, именно для M2M-применений пока относительно дороги. Так, например, стоимость 1 Гбайт трафика в сотовых тарифах M2M в России составляет в среднем 1500 руб., что почти в 20 раз дороже чем стоимость 1 Гбайт трафика в обычных тарифах для смартфонов частных пользователей (75 руб.).

Сложившаяся в России структура WAN-подключений, где преобладает подключение через технологически устаревшие сети сотовой связи, в сочетании с практически полным отсутствием специализированных под требования IoT-устройств сетей операторского класса (LPWAN, NB-IoT, Wi Fi 802.11ah и пр.), является значительным препятствием к экономически обоснованному использованию режимов мониторинга, требующих высокой частоты обновления данных с устройств вне зоны доступности проводных сетей связи или использования большого количества простейших устройств IoT/M2M с чрезвычайно низкой стоимостью подключения устройства. А это, в свою очередь, ограничивает модели монетизации данных с устройств IoT/M2M наиболее простыми кейсами с низким уровнем добавленной стоимости.

Прогноз до 2022 года: трансформация в рынок сервисов Интернета вещей

В настоящее время рассматриваемый рынок распределенных систем телеметрии не является рынком IoT, поскольку образован преимущественно проприетарными аппаратно-зависимыми решениями, с крайне ограниченным функционалом; фактически это телеметрические M2H-решения (распределенные системы диспетчерского управления). Этот рынок сформирован спросом преимущественно со стороны крупных проектов государственных организаций и корпораций, побуждением для реализации которых служит законодательное принуждение, а не экономические мотивы.

На фоне стагнации в экономике РФ этот фактор, выступавший до недавнего времени фактически единственным фактором развития рынка, теряет свое определяющее влияние, а на первый план выходит фактор экономической целесообразности: коммерческие потребители и домохозяйства начинают интересоваться возможностью повышения эффективности использования ресурсов за счет решений и IoT-сервисов, экономии без ущерба качеству. Но удовлетворить этот запрос можно только за счет перехода от проприетарных неэффективных решений на публичные сервисы, действительно базирующиеся на принципах Интернета вещей. А это, в свою очередь, требует формирования экосистем разработчиков решений, вендоров компонент (как аппаратных, так и программных), и самих бизнес-потребителей.

Согласно прогнозу по объему и динамике рынка IoT/M2M в России на период до 2022 года в количественном (подключенные устройства IoT/M2M) и денежном выражении, на рассматриваемом горизонте несмотря на кризисные явления в экономике рынок IoT/M2M будет демонстрировать устойчивый рост, и в 2022 году достигнет уровня в 43 млн подключенных устройств, и годового объема затрат на создание и эксплуатацию распределенных систем IoT/M2M в 90 млрд руб.

По прогнозу J’son & Partners Consulting облачные сервисы будут самым быстрорастущим сегментом рассматриваемого рынка. Они будут как замещать проприетарные аппаратно-программные комплексы, например, в системах видеонаблюдения, так и создавать новые рынки, как, например, облачная аналитика для систем «Умный дом» и облачная аналитика данных с подключенных кассовых аппаратов. Более того, направление облачных сервисов может развиваться еще быстрее, поскольку не требует установки специализированных, только для конкретного аппаратно-программного комплекса предназначенных устройств телеметрии, и может опираться на существующую базу уже инсталлированных устройств с сетевым подключением: установленные контроллеры инженерных и охранных систем, видеокамеры и другие подключенные устройства.

Важно отметить также, что все без исключения облачные сервисы IoT/M2M, реализующие сложные сценарии интенсивной обработки данных с распределенных устройств телеметрии, являются сервисами B2B2X. То есть создание таких сервисов требует реализации так называемой двухсторонней бизнес-модели, предполагающей не разовое, а постоянное, на всем жизненном цикле сервиса, участие внешних по отношению к операторам партнеров, причем как ИТ-компаний, так и компаний не ИКТ-сектора, таких как, например, автопроизводители, компании сферы ЖКХ, финансовые и торговые организации.

С технической точки зрения основным сдерживающим фактором развития рынка распределенных систем телеметрии, сформированного в настоящее время преимущественно проприетарными закрытыми системами, в направлении открытых облачных IoT-экосистем, является техническая и организационная неготовность разработчиков решений и систем распределенной телеметрии к переходу на принципиально новую концепцию, базирующуюся на использовании облачных IoT-платформ в качестве замены проприетарным узкоспециализированным аппаратно-программным комплексам.

Кроме того, существенным ограничением является наличие законодательных ограничений для использования открытых облачных IoT-платформ для обработки данных собираемых с подключенных устройств телеметрии. Тем не менее, эти ограничения могут быть успешно преодолены уже в ближайшие годы.

*** Прогноз динамики общего количества устройств IoT/M2M в России сделан на основе анализа реально существующих, реализуемых в настоящее время корпоративных и государственных программ в этой сфере, а также путем анализа перспектив развития массовых сегментов рынка IoT/M2M. Оценка общего количества установленных и используемых в России устройств IoT/M2M и его распределения по видам, сферам применения и технологиям подключения сделана по принципу «снизу вверх», и основывается на анализе информации, как публично доступной (данные основных корпоративных потребителей устройств IoT/M2M в России), так и полученной от ключевых игроков рынка в ходе глубинных интервью. В исследовании учтены все виды технологий подключения: сотовые, проводные фиксированные и беспроводные фиксированные.

Если в 2010 году в мире насчитывалось не более 20 высокотехнологичных компаний, работающих в сфере сельского хозяйства и рынок венчурных инвестиций составлял 400 тыс. долл., то уже с 2013 начался экспоненциальный рост венчурного капитала. К 2016 году было проинвестировано более 1,3 тыс. новых технологических стартапов, и более 500 таких стартапов создается ежегодно. Инвестиции в сельскохозяйственную отрасль в 2015 году достигли исторического максимума и составили 4,6 млрд долл. Самые активные страны, которые привлекают инвестиции в агростартапы – США, Китай, Индия, Канада, Израиль.

Рынок Интернета вещей в сельском хозяйстве является одним из вертикальных сегментов Промышленного Интернета вещей. По состоянию на конец 2016 года на долю сельского хозяйства приходилось около 6% всех реализованных в мире проектов в области IoT.

Учитывая, что развитые страны ставят себе цели максимально увеличить производительность сельского хозяйства и отдачу с единицы площади за счет цифрового земледелия, для России тем более актуальна задача ускоренного развития и применения технологий, повышающих производительность в отрасли. Несмотря на призовые места России в экспорте пшеницы и свинины, а также возросшие благодаря импортозамещению показатели внутреннего производства сельхозпродукции, эффективность отечественного сельского хозяйства заметно уступает крупнейшим экономикам. В России валовая стоимость сельхозпродукции на одного работника в 2015 году составляла 8 тыс. долл., в Германии – 24 тыс. долл., в США – 195 тыс. долл.

Как показывает анализ, на пути к реализации потенциала цифровизации в сельском хозяйстве России лежит целый пласт экономических проблем. При текущей экономической ситуации цифровизация действительно могла бы обеспечить снижение себестоимости и конечных цен на продукты питания, если бы «связанными» оказались не только процессы внутри сельскохозяйственного производственного цикла, но и поставщики сырья, сбытовые, логистические, транспортные звенья. При этом возможно перестраивать сложившиеся взаимоотношения и даже исключать из цепочки добавленной стоимости промежуточные звенья, расположенные на пути к потребителю.