Статьи

Регулирующий акт Евросоюза «Общие положения о защите данных» (General Data Protection Regulation, GDPR) стал одним из самых строгих законов, касающихся защиты персональных данных. Директива вступит в силу 25 мая 2018 года и кардинально изменит способы сбора и использования персональных данных, поэтому европейские (и не только) компании должны полностью пересмотреть свои механизмы обработки клиентской информации. Старый подход «лучше заплатить штраф, чем выполнять требования закона» здесь не работает, поскольку регулирующие органы получат право накладывать крупные штрафы за серьезное нарушение акта — вплоть до 20 млн евро (примерно 1,5 млрд руб.) или 4% годового дохода компании.

Основные положения GDPR включают право на забвение, непрерывную защиту персональных данных, гарантии конфиденциальности, целостности и доступности данных, оповещения о несанкционированном доступе к данным в течение 72 часов, принцип минимизации данных, передачи и переноса данных. При этом понятие «персональные данные» определено широко и включает в себя все данные, относящиеся как к установленной личности, так и к тем пользователям, чью личность можно установить.

Как повлияет GDPR на российский бизнес

В связи с экстерриториальностью, акт GDPR создает риск крупных штрафов и для российских компаний. Даже если граждане ЕС не являются клиентами или партнерами бизнеса, автоматический сбор данных (например, cookies) уже считается мониторингом персональной активности. По сути, под регулирование GDPR попадают любые интернет-компании. Сырьевые, крупные промышленные и финансовые компании должны соблюдать GDPR, поскольку имеют филиалы в странах ЕС. Отдельной строкой проходят транспортные компании: РЖД, «Аэрофлот», S7 Airlines и другие, реализующие онлайн-продажи билетов. Такие компании хранят и обрабатывают данные граждан ЕС. Кроме того, регламентированная GDPR обязанность раскрывать информацию о нарушении конфиденциальности может нанести репутации компании не меньший ущерб, чем штрафы.

Какие меры следует предпринять бизнесу

Для выполнения требований GDPR организации должны внедрить самые эффективные и строгие практики управления данными и политики безопасности. Важный первый шаг в этом направлении – понять, где и как компания собирает, использует и хранит персональные данные (на серверах организации или в облаке), какие системы используют эти данные и кто имеет к ним доступ. Некоторые CIO считают, что приложениями управлять относительно несложно, а основную проблему представляют неструктурированные данные, которые легко распространяются по внутренним системам и рабочим ноутбукам и поэтому часто «утекают» в чужие облака и клиентские устройства.

Казалось бы, с точки зрения выполнения требований GDPR легче управлять структурированными данными приложений, однако быстрое увеличение числа приложений на крупных предприятиях резко усложняет управление этими данными. К тому же крупные предприятия должны обеспечить соблюдение требований GDPR и для неструктурированных данных, хранящихся на серверах, в системах электронной почты и на клиентских устройствах. Это крайне сложная задача, поскольку почти 80% всех используемых в бизнесе данных приходится на неструктурированные. Возможно ли обеспечить соответствие требованиям GDPR в типичной современной компании, где для управления данными применяются различные, никак не интегрированные между собой продукты? Это трудная задача, но вполне осуществимая.

Единая платформа управления данными – эффективное решение проблемы

Многие организации выбрали стратегию консолидации на одной унифицированной платформе управления данными. Такая платформа дает четкую картину всех приложений и неструктурированных данных компании, помогает обеспечить соответствие ключевым принципам GDPR, а при необходимости – продемонстрировать соблюдение требований законодательства регулирующим органам.

Если платформа выполняет все процессы управления данными, то ИТ-отдел может создать контентный индекс всех данных компании, тогда как при использовании нескольких отдельных продуктов это зачастую сделать невозможно. Такой индекс создаст прочный фундамент для политик управления информацией и предоставит CIO общую картину данных и контроль над ними, которые нужны для выполнения самых строгих требований по защите персональных данных.

Интегрированный подход дает полное представление в масштабе организации о том, где находятся персональные данные, поэтому становится возможным оптимизировать контроль над доступом к данным, консолидировать усилия по обеспечению информационной безопасности и выделить среди них приоритетные. В то же время организация сможет предоставить информацию по соблюдению законодательства. Кроме того, автоматизируется применение политик сохранения информации для всего ландшафта данных, а значит, резко сокращаются риски, связанные с клиентскими устройствами.

Анализ данных гарантирует, что конфиденциальные данные получат необходимый уровень защиты, а если произойдет нарушение конфиденциальности, то удастся намного быстрее оценить последствия этого инцидента. Если данные будут испорчены, необходимо их быстрое восстановление внутри ИТ-инфраструктуры организации или в облаке, а также оперативное оповещение о нарушении конфиденциальности.

Использование существующих ИТ-процессов для консолидации данных

Может показаться, что для консолидации всех данных организации на одной унифицированной платформе потребуется большое количество изменений в существующем ИТ-ландшафте, создание новых процессов и подсистем и дополнительные инвестиции. Но это не совсем так. Дело в том, что в каждой организации уже присутствуют ИТ-процессы, которые работают со всеми или почти со всеми данными, – это процессы создания резервных копий и архивов. Они могут быть разрозненными или централизованными, использовать различные технологические решения, но они есть в том или ином виде. Для решения задач, описанных выше, достаточно посмотреть на эти процессы шире, добиться их унификации, использовать единые современные инструменты для их реализации. И создаваемый единый репозиторий архивов и резервных копий вполне будет выполнять задачи контроля, анализа и управления данными предприятия.

До вступления в силу GDPR осталось меньше года, и организациям необходимо за оставшееся время обеспечить соответствие требованиям этого закона. Главное препятствие на пути обеспечения требований GDPR – медленное внедрение новых бизнес-процессов и технологий в компаниях. Хотя еще есть время для исправления ситуации, проблема осложняется тем, что сейчас компании пытаются успеть выполнить требования директивы, часть из которых нечетко сформулирована и нуждается в серьезной технологической экспертизе.

До первого прецедентного случая трудно прогнозировать применение GDPR по отношению к российским компаниям. Ясно одно: защита и менеджмент данных в этом году снова станут ключевым вопросом для ИТ-директоров крупнейших российских компаний.

– Андрей Вышлов, глава представительства Commvault в России

Математические модели сегодня помогают рекрутерам и заменяют их, а в перспективе будут работать лучше людей.

В чем прелесть цифрового бизнеса? Создаваемые в компании инструменты работы с данными можно использовать для оптимизации внутренних процессов, для совершенствования продуктов и улучшения взаимодействия с заказчиками, а также предоставлять клиентам в виде сервисов.

Рекрутмент – благодатная сфера такого комплексного применения цифрового инструментария. О том, как машинное обучение помогает решать простые, но крайне трудоемкие задачи рекрутинга, директор по развитию компании HeadHunter Борис Вольфсон рассказал на VI Российском форуме Big Data 2017, организованном издательством «Открытые системы». По его словам, математические модели сегодня помогают рекрутерам и заменяют их, а в перспективе будут работать лучше людей.

Опыт рекрутеров может также пригодиться в других отраслях специалистам, отвечающим за цифровизацию бизнеса и работу с данными.

Технология, сберегающая время

Первая задача, которую в HeadHunter решили с помощью технологий машинного обучения, – ранжирование откликов на опубликованные вакансии. Чтобы понять, кого приглашать на интервью, HR-специалисты тратят очень много времени, оно уходит в основном на разбор резюме и составление списка для собеседования. Особенно обильно поступают нерелевантные отклики на самые привлекательные вакансии с высокой зарплатой. На следующий этап отбора HR таких соискателей не пропускает, но их отсев обходится рекрутинговой компании в несколько сотен миллионов рублей в год.

Оценивая резюме на этом этапе, рекрутер обычно обращает внимание всего на пять-десять основных критериев. Однако, когда список критериев определяется экспертами и базируется на их опыте, а не на данных, всегда есть риск упустить что-то важное. Например, известны случаи, когда самыми хорошими работниками оказываются бывшие заключенные. Кроме того, при отборе по формальным признакам отсекаются вакансии с зарплатой в 99 тыс. руб., если соискатель установил планку от 100 тыс. руб.

В системе машинного обучения для оценки резюме используются сотни критериев. При этом список критериев составляется программой, которой исследователь данных (data scientist) дает задание посмотреть, например, насколько значима для человека разница между зарплатными ожиданиями и зарплатной вилкой в вакансии либо насколько точно текст резюме должен соответствовать тексту вакансии.

Для обучения системы в компании использовали выборку, насчитывающую около 200 млн соискателей и вакансий. На основе уже имеющихся данных о том, каких кандидатов в итоге пригласили на собеседование, система машинного обучения строит «лес» из сотен тысяч «деревьев» решений и с минимальной погрешностью вычисляет среднюю оценку кандидата. Для этого используется градиентный бустинг (gradient boosting) – простой стандартный подход, позволяющий за несколько недель сделать модель, работающую в промышленном масштабе. Полученные модели «весят» около 100 Гбайт, так что, строго говоря, эту работу нельзя назвать анализом Больших Данных, отметил Вольфсон, но при этом данные для рекрутмента требуют быстрой обработки и выдачи результатов в режиме онлайн или близком к нему.

Для HR-специалиста система выглядит как кнопка сортировки кандидатов в его рабочем интерфейсе, с ее помощью поднимаются вверх те соискатели, которые с большей вероятностью будут приглашены на собеседование. Эта функция весьма ощутимо экономит время кадровиков. Возможно, подобный инструмент будет полезен и в ИТ-инфрастуктуре кадровых служб крупных предприятий.

Машинным обучением и поиском в HeadHunter занимается команда из десяти человек. Технологически в компании предпочитают опираться на решения open source, используя Linux-системы c веб-интерфейсом и базы данных PostgreSQL. Бэк-офисные системы написаны на языке Java, а функционал фронт-энд-систем – на Python. В качестве основы машинного обучения применяется набор библиотек Boost.

Прескрининг и модерация: вкалывают роботы

Вторая проблема, с которой помогает справиться система машинного обучения, – плохо или не полностью заполненные резюме соискателей. Качество заполнения резюме нужно контролировать на самом верху «воронки» подбора, поэтому все резюме на сайте HeadHunter проходят ручную модерацию – проверку на соответствие определенным критериям. С каждым годом количество резюме растет (сейчас их около 25 млн), соответственно, растут и затраты на каналы связи, серверы и модераторов. Можно ли здесь сэкономить? Можно, если использовать машинное обучение и заменить оператора на систему, которая сможет оценить качество резюме.

Чтобы научить систему подтверждать наиболее качественно заполненные резюме, использовалась выборка, включающая почти 40 млн отмодерированных резюме, в том числе отклоненных. Теперь система способна повторять действия модераторов на основании полей в резюме. Например, проверять соответствие должности, на которую претендует кандидат, профессиональным областям, указанным в его резюме. «Чтобы качество базы не упало с запуском сервиса, мы выбрали пороговые уровни полноты и точности контроля, которые соответствуют действиям человека», – сообщил Вольфсон.

Робот-модератор проверяет все новые резюме, и если он их относит к самым качественным, то они подтверждаются автоматически. Операторам направляются лишь резюме, оставшиеся неподтвержденными. Как утверждает Вольфсон, качество модерации, выполненной роботом, неотличимо от качества той, что выполнена человеком, а потому в результате внедрения этого сервиса несколько операторов, занимавшихся этой работой, освободились.

Машина ищет работу

Борис Вольфсон, директор по развитию HeadHunter: «Использование машинного обучения дает хороший эффект в рекрутинге: целевые метрики вырастают в среднем на десятки процентов»

Еще один вариант применения машинного обучения в HeadHunter связан с нуждами тех, кто ищет работу. «Стратегически мы стараемся балансировать интересы соискателя и работодателя», – отметил Вольфсон.

Вакансии, которые могут заинтересовать соискателя, традиционно подбираются с помощью фильтров по параметрам резюме: зарплата, профессиональная область, регион и т. д. В HeadHunter эту функцию выполняет рекомендательный сервис на основе машинного обучения. Имеющиеся в базе 350 тыс. открытых вакансий проходят три стадии обработки: два фильтра и ранжирующую модель.

Базовый эвристический фильтр, составленный вручную, нацелен на максимальное сокращение выборки по двум параметрам – региону и профессиональной области, при этом сохраняется большая доля интересных вакансий. Следом в дело вступает система машинного обучения. Быстрая фильтрующая модель отсекает большую часть совсем неподходящих вакансий, используя небольшое число признаков. И наконец, сложная ранжирующая модель, обученная на полном наборе признаков (всего их около 200), сортирует вакансии в полученном после фильтрации списке, выводя наверх самые подходящие для человека. Отобранные вакансии показываются соискателю на главной странице, на странице с рекомендуемыми вакансиями в списке резюме или в рассылках с подходящими вакансиями.

По словам Вольфсона, новая система подбора вакансий по резюме на основе машинного обучения на десятки процентов улучшила основной показатель результативности подбора – долю успешных поисковых сессий у пользователей этого функционала.

На горизонте – «умный» поиск

Использование машинного обучения дает хороший эффект в рекрутинге, резюмировал Вольфсон, целевые метрики вырастают в среднем на десятки процентов, а отдельные текущие задачи дают порядка тысячи дополнительных откликов в неделю. По его мнению, в ближайшем будущем благодаря экономии времени рекрутеров эффективность подбора персонала повысится, а скорость поиска работы для соискателей увеличится.

«Мы все периодически выходим на рынок труда, и этот нервный и не очень приятный период – время поиска работы – должен сильно сократиться», – полагает Вольфсон. Через два-три года, по прогнозам HeadHunter, подбирать сотрудников и искать работу будут сложные ансамбли систем машинного обучения, а участие человека в этих процессах будет уменьшаться. Оценка персонала тоже будет основываться на данных.

Впрочем, место для людей обязательно останется – для стратегических решений и оптимизации процессов, но в целом требования к рекрутерам возрастут. «Точно не останется места для тех, кто не умеет работать с такими системами, не понимает и не умеет использовать предсказания, которые дают эффективные модели», – подчеркнул Вольфсон. Для соискателей, напротив, требования к написанию длинных обстоятельных резюме снизятся, умные системы будут решать за них часть вопросов.

Научившись ранжировать отклики, модерировать резюме и строить рекомендательные системы, HeadHunter готовится перейти к следующему этапу – к «умному» поиску на основе машинного обучения и созданию «своего маленького “Яндекса”». «Мы хотим, чтобы наш поиск тоже использовал машинное обучение, и в ближайшее время планируем запустить несколько проектов, ориентированных на эту задачу, – сообщил Вольфсон. – Это наша ключевая компетенция, ее нельзя отдавать на аутсорсинг».

В компании планируют также поэкспериментировать с обогащением данных, используемых для машинного обучения, с помощью открытых профилей в соцсетях, хотя таких профилей, по словам Вольфсона, очень мало.

По схожему пути сегодня идут и в банках, и в страховых компаниях, и в других отраслях. Можно ожидать, что в скором времени появится много новых интересных работающих вариантов применения машинного обучения.

Вступление в полную силу поправок в ФЗ-54, обязывающих использовать в расчетах с потребителями только онлайн-кассы, не стало неожиданностью: крупные торговые сети к переходу на новый порядок начали готовиться заранее. Однако пертурбации подобного размаха неизбежно вызывают напряженность в деловой среде. Как бизнесу удалось справиться с трудностями перехода и какие проблемы остаются не решенными до сих пор?

«С начала века это самый масштабный проект информатизации в налоговой сфере, который затрагивает всех участников процесса, включая потребителей, – подчеркнул Владимир Ионкин, заместитель главы Ассоциации компаний розничной торговли (АКОРТ). – Очевидно, что такие масштабные проекты не могут стартовать абсолютно гладко и “приятно” для всех сторон».

К классическим трудностям переходного периода добавляется масса мелких нерешенных практических вопросов, например, таких как работа с возвратным чеком, алгоритмы программ лояльности, подарочные карты и т. п. Шаг за шагом эти проблемы решаются посредством диалога с Федеральной налоговой службой, которая в данном проекте повернулась «лицом» к бизнесу. «Команда ФНС, занимающаяся этим проектом, подошла к его реализации с пониманием того, что без взаимодействия с бизнесом, только директивными указаниями, проект не реализовать. И это радует», – отметил Ионкин.

Прощай, ЭКЛЗ! Здравствуй, дефицит!

С 1 июля 2017 года все кассы вместо электронной контрольной ленты защищенной (ЭКЛЗ) должны содержать фискальный накопитель (ФН) и передавать чеки в ФНС в электронном виде через оператора фискальных данных (ОФД). Однако к середине мая в ФНС было зарегистрировано лишь порядка 420 тыс. кассовых аппаратов, работающих по новым требованиям, – это примерно треть действующей в стране контрольно-кассовой техники (ККТ). По мнению Евы Сызрайской, эксперта компании «СКБ Контур», темпы реформы задерживаются по двум причинам. Во-первых, это привычка малого бизнеса откладывать подготовку к законодательным изменениям до последнего и ждать отсрочек и послаблений. «Такая стратегия предпринимателей объяснима: когда требования законодательства еще четко не обозначены, нет разъяснений ФНС и Минфина к частным случаям применения касс по новому порядку, изымать из оборота деньги на переоснащение ККТ невыгодно, – говорит Сызрайская. – С другой стороны, это создает ажиотаж и приводит к ценовым спекуляциям на рынке».

Вторая ключевая проблема, с которой столкнулись как крупнейшие сети, так и малый бизнес, – нехватка фискальных накопителей для переоборудования ККТ. «Концептуально бизнес поддерживает идею перехода на онлайн-кассы, но в ее реализации отмечается ряд технических проблем, и первая из них в том, что многие компании не смогли полностью обеспечить свой парк касс фискальными накопителями», – отметил Антон Гуськов, директор по связям с общественностью Российской ассоциации торговых компаний и товаропроизводителей электробытовой и компьютерной техники (РАТЭК).

«Кассовых аппаратов достаточно, но фискальные накопители предсказуемо стали дефицитом. Кроме того, подключение кассы – дело весьма сложное и организационно, и программно», – добавил Иван Кургузов, руководитель кластера «Электронная коммерция» Российской ассоциации электронных коммуникаций.

Данная ситуация характерна для всей розницы. «Основная трудность перехода – позднее предоставление оборудования, стандартов и тестовых серверов производителями и ОФД, – говорит Вадим Горбунов, ИТ-директор аптечной сети “Ригла”. – Мы старались как можно раньше получить доступ к альфа-версиям и дорабатывали кассовое ПО, так как, помимо прочего, некоторые производители поменяли базовую логику».

«До февраля у нас не было возможности подготовиться к переходу и протестировать онлайн-кассы», – отметил Роберт Сардарян, директор по ИТ компании “Кораблик-Р”. – Не было доработанного кассового софта, оборудования и внятных сроков от поставщика кассового решения».

До недавнего времени на рынке был всего один производитель ККТ, затем добавилось несколько аффилированных компаний, но и они не успевают полностью обеспечить потребности в новом оборудовании.

Владимир Ионкин, заместитель главы Ассоциации компаний розничной торговли: «С начала века это самый масштабный проект информатизации в налоговой сфере, который затрагивает всех участников процесса, включая потребителей»

«Поставщики не справляются, – подтвердил Ионкин. – Но члены АКОРТ давно уже законтрактовались и планово переходят на новый порядок использования ККТ».

Тем не менее заменить все кассы с ЭКЛЗ, которые c 1 июля налоговая служба снимет с учета, получается не у всех. Cроки поставки фискальных накопителей достигают двух месяцев с момента заказа, и производители ККТ уже продают оборудование без ФН, говорит Сызрайская. Между тем за применение ККТ, не соответствующей требованиям закона, Кодексом об административных правонарушениях РФ предусмотрены предупреждения или штрафы от 5 до 10 тыс. руб., за ненаправление электронного чека – 10 тыс. руб. А штрафы за неприменение ККТ составят 75-100% от суммы расчета для организаций и 25-50% – для должностных лиц. При повторном нарушении компании грозит приостановка деятельности на срок до полутора месяцев.

Учитывая сложившуюся ситуацию, в конце мая Минфин и ФНС выступили с разъяснениями о том, что налоговая не будет штрафовать компании, которые не успеют установить онлайн-кассы в срок при наличии у них договора на поставку фискального накопителя или ККТ нового образца.

По мнению Ионкина, особого подхода также требует начальный период работы всей системы. «Уверен, что будет масса ошибок, сбоев, пока система не отладится и не начнет работать стабильно. Правильно было бы в этот период тоже не наказывать, а сообща разбираться и устранять шероховатости», – полагает он.

Плата за онлайн

На втором месте после дефицита ФН, который, по мнению Кургузова, еще долго не закончится, стоят проблемы интеграции. «Единственный простой этап – интеграция с ОФД, – говорит он. – Все остальные стадии – это большая головная боль как для маленького интернет-магазина, так и для большого, и при офлайн-платежах, и при приеме денег через Интернет». И конечно же, изменения требуют денег.

Переход на новую контрольно-кассовую технику потребовал существенных инвестиций, ощутимых практически для всех компаний, отметил Гуськов. Это средства и на приобретение нового оборудования, и на ввод его в эксплуатацию: регистрацию, логистику, установку и подключение, настройку.

«Помимо расходов на приобретение нового оборудования, на дополнительное обучение персонала и внедрение новых бизнес-процессов, других сложностей пока что мы не испытываем», – сообщил Сергей Тихонов, пресс-секретарь компании «Связной». Перевод на новую систему также потребовал значительной доработки ПО, чтобы обеспечить совместимость действующей техники и софта с новым оборудованием. В большинстве магазинов ретейлера уже установлены кассы нового образца, и в компании рассчитывают закончить процесс перехода в установленные законом сроки. Затраты на этот проект, как утверждают в «Связном», не повлияли на общую эффективность бизнеса. «Мы заранее закладывали расходы компании с учетом всех этапов перехода на новую ККТ», – сказал Тихонов.

«Переход обошелся очень недешево с учетом того, что фактически все кассы у нас новые. Плюс теперь появились постоянные дополнительные затраты на ОФД, – говорит Горбунов. – Хорошо, что часть процедур упростилась. Например, регистрация ККТ теперь возможна без физического визита в ФНС. Но эти плюсы незначительны по сравнению с затратами».

Серьезные расходы понесла и сеть магазинов «Кораблик-Р»: половину кассовых аппаратов пришлось заменить на новые, остальные проходят апгрейд. Как рассказал Сардарян, при этом необходимо было учитывать множество факторов (расположение магазина и налоговой, сроки действия ЭКЛЗ, даты снятия их с учета, логистика накопителей), составлять и контролировать сложный график перехода. «До сих пор не решена проблема, как регистрировать телефон или e-mail в кассовой программе. Думаем над этим», – сообщил он.

Как отмечают в РАТЭК, текущие сложности связаны главным образом с привязкой различных бизнес-моделей к операциям с электронным чеком – например, авансовых платежей на сайте и предоставления скидки при покупке второго товара. Как это правильно реализовать в соответствии с новыми требованиями, пока не совсем ясно. Так что налоговым юристам, бухгалтерам и ИТ-специалистам предстоит совместно выработать общий понятийный аппарат и доработать программное обеспечение. Кроме того, члены РАТЭК отметили проблемы с удаленной регистрацией касс на сайте ФНС.

Когда технические и организационные трудностей переходного периода останутся позади, расчеты с онлайн-кассами и электронными чеками войдут в свою колею и станут привычными, серьезных препятствий на пути к этой цели не просматривается. В магазинах «Связного» уже действуют несколько тысяч касс нового образца в разных регионах России, и каких-либо сложностей с их эксплуатацией или проблем в их работе мы не отмечаем, сказал Тихонов. Горбунов тоже не видит проблем, которые могли бы возникнуть при выдаче электронных чеков. «Расход чековой ленты чуть выше, и надо следить, чтобы кассы вовремя передавали всю информацию, а в целом система рабочая», – отметил он.

Надежды на прозрачность

Для налоговиков возможность видеть все кассовые операции почти в реальном времени – это прорыв к новому качеству, а вот налогоплательщиками на нынешнем этапе реформа воспринимается лишь как дополнительная нагрузка. Однако в перспективе бизнес рассчитывает на то, что реализация ФЗ-54 принесет с собой и некоторые преимущества.

Вадим Горбунов, ИТ-директор аптечной сети «Ригла»: «Основные трудности перехода: позднее предоставление оборудования, стандартов и тестовых серверов производителями и ОФД»

«В какой-то мере сократился объем требований по физическим визитам в ФНС, и требования по ведению кассовых документов упростились. Да и иметь централизованную копию всех фискальных документов надежнее, чем хранить ЭКЛЗ», – заметил Горбунов.

В «Связном» выделили такие плюсы реформы, как снижение влияния человеческого фактора на процесс оплаты и увеличение скорости работы как со стороны продавца, так и со стороны ФНС. Применение новых касс также позволит сократить издержки на организацию документооборота, связанного с применением ККТ. Например, отказаться от ведения журнала кассира-операциониста, поскольку все операции будут в электронной форме в личном кабинете ОФД и ФНС.

«Пока вижу преимущество только в том, что можно получить дополнительные контакты покупателей, – говорит Сардарян. – Возможно, в дальнейшем это упростит взаимоотношения с налоговыми органами и позволит применять гибкие способы оплаты в магазинах».

«Сейчас в основном преимущества ощущает лишь бизнес, поставляющий решения для новых касс, – полагает Кургузов. – В будущем, когда головная боль закончится, “всплывут” и плюсы – например, отсутствие кассовой книги. Но пока они незаметны».

Главное ожидание от введения онлайн-расчетов – повышение прозрачности рынка, благодаря которому сократится «серый» сектор при реализации товаров и услуг и крупные компании получат бонус в виде выравнивания конкурентной среды. «Новая система получения и обработки данных облегчит процесс налогового учета и для продавца, и для государственных органов, с ее внедрением расчеты станут еще более прозрачными», – отметил Тихонов.

«Мы надеемся, что ситуация, когда компании – члены нашей ассоциации, занимая приблизительно четверть продуктового рынка по обороту, уплачивают в казну более половины налогов, все же изменится», – сказал Ионкин.

Большие надежды в АКОРТ возлагают на Большие Данные, которые будут концентрироваться в ФНС и анализироваться не только в фискальных целях, но и для понимания ситуации на различных рынках. По сути, это информация для принятия управленческих решений на уровне как государства, так и бизнеса, если, конечно, бизнес будет допущен к этой информации. «ОФД анонсировали массу различных сервисов, которые даже на первый взгляд должны поднять бизнес-технологии на новый уровень, недостижимый ранее для большинства игроков», – отметил Ионкин.

В ситуации, когда все организации, ведущие расчеты с населением, неизбежно постепенно перейдут на онлайн-кассы, нужно искать дополнительные выгоды для бизнеса, считает Сызрайская. Например, ФЗ-54 требует печатать в чеке наименования всех проданных товаров. Это дает возможность отражать продажи в разрезе каждой товарной позиции в режиме онлайн, что упростит организацию товарного учета. А при своевременном вводе поступлений товаров выстроится система учета товарных остатков, что облегчит инвентаризацию. Сервисы операторов фискальных данных включают новые инструменты для бизнес-аналитики. Например, в «Контур.ОФД» реализован онлайн-мониторинг поступлений и возвратов как в целом по организации, так и в разрезе торговых точек и касс. Можно формировать отчеты за любой произвольный период с наглядными графиками и выгружать их в формате xls.

Всем ретейлерам, кто до сих пор этого не сделал, нужно заказать кассовое оборудование, заключить договор на покупку фискальных накопителей, продумать, как обеспечить в торговой точке доступ в Интернет, а также выбрать оператора фискальных данных.

Первое, что следует знать о бессерверных вычислениях, – то, что их название не соответствует действительности. На самом деле соответствующие технологии, пришедшие в мир облачных вычислений за последние два года, все же работают на серверах. Эпитет «бессерверные» призван отразить тот факт, что пользователям не нужно заниматься администрированием серверов, на которых работает их код.

Вероятно, это звучит знакомо: облачной инфраструктурой в виде сервиса конечным пользователям тоже управлять не требуется, этим занимаются провайдеры – Amazon Web Services, Microsoft Azure и др. Так называемые бессерверные вычисления развивают эту концепцию: облачные сервисы выполняют код, написанный разработчиками, расходуя ровно столько ресурсов, сколько для этого нужно – ни больше ни меньше. Как только наступает заранее заданное событие, запускающее код, бессерверная платформа выполняет задачу. Конечному пользователю не нужно уведомлять провайдера о том, как часто будут происходить события-триггеры. Каждый раз, когда выполняется функция, заказчик платит доли цента. Некоторые считают, что данную концепцию лучше было бы назвать «функциями в виде сервиса» (functions as a service, FaaS) или «событийно-зависимыми вычислениями».

«Существуют различные уровни абстрагирования инфраструктуры, доступные разработчикам, – объясняет Дэмион Эредиа, вице-президент по управлению облачными продуктами IBM, отвечающий за управление платформой бессерверверных вычислений OpenWhisk. – Это могут быть прямой доступ к аппаратным ресурсам, работа с виртуальными машинами и работа с контейнерами. Для определенных задач мы считаем необходимым полностью абстрагировать функции администрирования, чтобы заказчик мог выполнять свой код, не беспокоясь об инфраструктуре и управлении серверами. В этом и состоит суть «бессерверных» вычислений».

Аналитики, пользователи и скептики спорят о том, насколько большое значение имеет технология. Является ли она эволюционной или революционной? Будет ли она применяться для выполнения большинства или лишь части приложений? Рынок еще в зачаточном состоянии, и ответов пока нет. Но шумиху вокруг технологии, интерес к ней и ее потенциальные преимущества игнорировать невозможно.

Преимущества бессерверных вычислений

Считается, что создателем нового рынка стала компания Amazon Web Services, представившая в 2014 году платформу бессерверных вычислений Lambda. По словам Мэтта Вуда, генерального менеджера AWS по стратегии, новшество было создано по образцу одного из самых популярных продуктов компании – Simple Storage Service, или S3.

В чем сходство S3 и Lambda? Принцип действия S3 состоит в том, что вы предоставляете объект и сервис хранит его, причем вам не важно, как и где, вам не нужно заниматься обслуживанием накопителей, заботиться о свободном месте и т. д. Нет опасности зарезервировать слишком много или слишком мало места в S3 – соответствующие задачи решает он сам.

По словам Вуда, те же принципы в AWS решили предложить для вычислений: «Lambda работает с функциями. Вы предоставляете их код, и сервис их выполняет по требованию. Нет опасности зарезервировать излишне много или очень мало вычислительной мощности».

В традиционной облачной среде IaaS пользователи готовят к работе виртуальные машины, хранилища, базы данных, а также инструменты обеспечения безопасности и администрирования. Затем на виртуальные машины загружаются приложения, а для масштабирования ресурсов используются балансировщики нагрузки и другие средства. С помощью административного ПО оптимизируется размер экземпляров и осуществляется поиск виртуальных машин, непреднамеренно оставленных во включенном состоянии. Lambda и другие платформы FaaS предлагают другую модель. Код предоставляется в форме функций. Когда происходит событие, вызывающее такую функцию, Lambda ее выполняет. Больше ничего не требуется – не нужны планирование мощности и балансировка нагрузки, только задания, которые надо выполнять.

По словам Вуда, это удобно в целом ряде случаев. Например, можно написать функцию Lambda, которая всякий раз при загрузке снимка в S3 будет создавать его копии различных размеров для настольных компьютеров, смартфонов и планшетов. Возможно также создание функции, которая при каждом внесении записи в базу данных будет загружать ее в хранилище Amazon Redshift для последующего анализа. Многие заказчики, пользуясь Lambda, связывают сервисы AWS друг с другом для формирования отчетов, планирования и подготовки данных к анализу.

Еще одна важная область применения – крупномасштабные среды Интернета вещей с мгновенным откликом. Недавно в AWS представили платформу Greengrass, позволяющую выполнять функции Lambda на устройствах без надежных средств связи, когда не всегда есть возможность передать данные в облако. Например, функция Lambda может выполняться непосредственно на камере видеонаблюдения, каждый раз при распознавании движения включая запись и отправляя съемку в базу. Отпадает нужда в виртуальной машине, круглосуточно работающей в ждущем режиме, – событийно-зависимый код выполняется автоматически всякий раз, когда наступает соответствующее событие. В компании FireEye, поставляющей средства сетевой безопасности, признаются, что, благодаря использованию Lambda вместо экземпляров EC2, удалось сократить затраты на виртуальные машины на 80%.

Бессерверные вычисления можно описать как решение для аутсорсинга: вы платите кому-то за администрирование серверов, баз данных и логики приложений, снимая тем самым соответствующие обязанности с себя. Важнейшее отличие бессерверных платформ в том, что вы оплачиваете ровно столько процессорного времени, сколько израсходовали, точность учета составляет плюс-минус 100 миллисекунд.

При этом не нужно ждать запуска серверов и настраивать балансировку нагрузки – задания просто выполняются автоматически столько раз, сколько потребуется. Специалисты отмечают, что такие платформы быстрее, чем другие, позволяют разработчикам проверять идеи и выводить продукты на рынок.

Недостатки

Бессерверные вычисления не панацея, и у них есть свои недостатки. В частности, сам рынок еще очень незрелый. Управлять крупномасштабными приложениями, работающими в бессерверном режиме, весьма сложно, отмечает Крейг Лаури, директор по исследованиям Gartner. Не хватает инструментов для координации выполнения групп функций. Слабо развито соответствующее ПО безопасности, мониторинга и оптимизации. Бессерверные вычисления требуют от разработчиков иного подхода к созданию приложений, и это, возможно, самое важное. «В этом отношении существует целый ряд требований, обусловленных архитектурными ограничениями подобных платформ», – поясняет Лаури.

Кроме того, хотя бессерверные функции можно использовать многократно, они не сохраняют состояние. Тарифы обычно составляют доли цента на каждый миллион выполненных функций, но когда таких функций много, рассчитать затраты бывает непросто.

Существует и еще одна опасность – это привязка к оператору. Приложение, разработанное для какой-либо FaaS-платформы, не так-то просто перенести на другую – локальную или действующую в публичном облаке. Поскольку рынок еще очень молод, сегодня у каждой бессерверной платформы свой особый набор компонентов. AWS Lambda, в частности, тесно интегрирована со многими другими продуктами AWS. По словам Вуда, поскольку Lambda поддерживает популярные языки программирования, такие как Node.js, Python и Java, в принципе код приложений Lambda можно переносить. «Специального языка для работы с Lambda нет», – подчеркивает Вуд.

В целом, как считает Лаури, бессерверные вычисления, или FaaS, – весьма мощная альтернатива существующим вычислительным парадигмам, основанным на виртуальных машинах и контейнерах: «Lambda – это нечто совершенно новое. Уверен, что в дальнейшем многие будут создавать эффективные крупномасштабные приложения, целиком базирующиеся на бессерверных платформах. Но они подходят не для всех задач». Например, в Lambda не смогут работать базы данных и другие приложения, требующие сохранения состояния.

Рынок бессерверных платформ

После AWS, которая первой предложила платформу бессерверных вычислений, аналоги появились и у других крупных поставщиков инфраструктуры в виде сервиса. По словам Вуда, на самом деле многие сервисы AWS являются «бессерверными» – не только Lambda, но также S3, NoSQL-база DynamoDB и размещаемая реляционная СУБД Aurora. Все эти продукты не требуют от пользователя предварительного планирования расхода ресурсов и администрирования инфраструктуры.

Пользователи Lambda получают до миллиона бесплатно обрабатываемых запросов в месяц, а каждый последующий миллион стоит 20 центов. В AWS тоже взимают плату по тарифу, зависящему от затрат времени на вычисления, – по 0,00001667 долл. в расчете на гигабайт в секунду; время округляется до 0,001 мс.

Аналогичные расценки действуют для сервиса Microsoft Azure Functions, общедоступная версия которого была введена в действие в ноябре прошлого года. Google Functions, в свою очередь, сейчас находится в стадии бета-версии, предлагается до 2 млн бесплатных запросов в месяц. Стоимость выполнения одной транзакции в Google Functions чуть выше, а тарифы на время обработки ниже. В IBM не публикуют расценки на пользование OpenWhisk. По словам топ-менеджеров, отличительная особенность платформы бессерверных вычислений IBM – разработка в открытых кодах в качестве проекта Apache Software Foundation. Теоретически заказчикам дается возможность выполнять код OpenWhisk где угодно.

Еще есть ряд стартапов, предлагающих платформы бессерверных вычислений, а также их компоненты и административные инструменты. В качестве примера можно привести компанию Iron.io, которая предлагает соответствующий сервис на основе контейнеров Docker.

Как отмечают в Gartner, рынок бессерверных вычислений еще настолько молод, что пока ни победителей, ни проигравших нет, хотя дольше всех на нем работает AWS. Важнее всего, считают аналитики, определиться, для чего можно использовать бессерверные системы. Например, FaaS может выполнять роль «клея» для различных сервисов в облаке конкретного оператора, но приложения Интернета вещей не обязательно привязывать к конкретному облаку.

– Brandon Butler. Serverless explainer: The next generation of cloud infrastructure. Network World. April 3, 2017

Для поддержки полумиллиарда пользователей LinkedIn по всему миру требуются немалые вычислительные мощности, особенно если учесть, что каждому из них нужны персональные настройки с выдачей веб-страницы, на которой присутствуют только его контакты. Сегодня социальную сеть обслуживают свыше 100 тыс. серверов, распределенных между несколькими ЦОДами. Чтобы поближе познакомиться с тем, как LinkedIn справляется со всем этим, главный редактор журнала Network World Джон Дикс побеседовал с вице-президентом LinkedIn по производственным операциям и ИТ Сону Навьяром и старшим директором компании по проектированию инфраструктуры Саидом Али Каном.

Давайте начнем с общей картины того, что имеется в ваших ЦОДах, развернутых в разных странах.

Навьяр: Сайт LinkedIn.com в глобальном масштабе обслуживается тремя ЦОДами, которые расположены в США: в Ричардсоне (штат Техас), в Эшберне (Вирджиния) и в только что открытом ЦОДе в штате Орегон. Еще у нас есть небольшой ЦОД в Сингапуре, запущенный в эксплуатацию в начале нынешнего года. Главное его предназначение – улучшение обслуживания наших пользователей в Юго-Восточной Азии. Все четыре ЦОДа подключены к магистрали MPLS и к 13 глобальным точкам присутствия.

Они построены на базе единой архитектуры или же их архитектура различается, в силу того что все они создавались в разное время?

Сону Навьяр, вице-президент LinkedIn по производственным операциям и ИТ

Навьяр: Архитектура их носит смешанный характер. Прежде чем приступить к строительству своего первого ЦОДа в Эшберне, мы использовали услуги колокации. В дальнейшем технология год от года совершенствовалась, и ЦОД в Орегоне функционирует уже совсем по-другому.

Кан: Переход к оптовой модели начался с самого первого ЦОДа в Вирджинии. Вместо того чтобы обращаться к розничным поставщикам вычислительных мощностей наподобие Equinix, мы просто арендовали для ЦОДа пространство – большое пустое сооружение – и начали оборудовать его внутри самостоятельно, размещая там средства энергоснабжения, кабели, стойки и все прочее. Затем еще один ЦОД был построен в Техасе – развитие шло очень быстрыми темпами. Когда подошел черед строительства в Орегоне, мы проанализировали накопленный опыт и задумались, как будут выглядеть наши ЦОДы в будущем. Именно тогда и произошел переход к модели гипермасштабирования. Двигаясь дальше, мы намерены модифицировать все прочие ЦОДы в соответствии с новой моделью.

Значит, вы не собираетесь, подобно некоторым веб-гигантам, создавать свои собственные серверы?

Кан: Нет. Мы используем отдельные серверы, монтируемые в стойке. И поддерживаем тесные отношения с теми поставщиками OEM-оборудования, которые предлагают продукты, отвечающие нашим требованиям к производительности и т. д. Наша компания была одним из первых крупных пользователей систем Cisco UCS, но в последнее время мы больше склоняемся к стандартному оборудованию Supermicro.

А ваши собственные бизнес-потребности удовлетворяются тоже в этих ЦОДах?

Навьяр: У нас практикуется гибридный подход. Для хранения корпоративных ресурсов – службы персонала, финансовой службы, отделов разработки, предпродажной обработки и пр. – есть небольшой ЦОД в Санта-Кларе. Но после завершения строительства в Орегоне мы стали использовать зоны безопасности, позволяющие обслуживать корпоративные нужды в любом из имеющихся ЦОДов.

Как выглядит клиентское приложение LinkedIn?

Навьяр: Наше приложение имеет сложную структуру, и в формировании страницы пользователя при его подключении к LinkedIn.com принимают участие все ресурсы ЦОДа. Понятно, что контакты и связи у всех уникальны, поэтому страница настраивается в соответствии с индивидуальными особенностями, и в наших ЦОДах циркулируют большие объемы внутреннего трафика, генерирующего каждую из страниц. Для этого требуется много вычислений. На каждый байт, поступающий в нашу сеть, приходится в сотни раз больше байтов внутреннего трафика.

Это впечатляет...

Навьяр: В нашем приложении все взаимосвязано. Естественно, некоторые части сайта разделены. Например, модуль Recruiter имеет другой интерфейс. Но для типичного потребителя в LinkedIn.com все взаимосвязано.

Кан: У нас множество продуктов и тысячи сервисов. Когда эти компоненты взаимодействуют друг с другом, между ЦОДами циркулируют очень большие объемы данных.

Каждый из ваших ЦОДов поддерживает одни и те же функции или же задачи распределены между ними?

Навьяр: Трафик может обслуживаться в любом месте. Если в каком-то ЦОДе происходит сбой, мы просто перенаправляем трафик на другую площадку. Между всеми ЦОДами осуществляется в реальном времени репликация по магистрали MPLS с пропускной способностью 100 Гбит/с. ЦОДы обслуживают одинаковые запросы – таким образом повышается уровень готовности. Если один из сайтов отключается (из-за ошибки в программе, сетевых проблем, сбоев питания и даже неправильно внесенных изменений), мы можем легко восстановить работоспособность в течение пяти минут. Все компоненты взаимодействуют друг с другом, обслуживая LinkedIn.com.

Пользователи обслуживаются по географическим регионам?

Саид Али Кан, старший директор LinkedIn по проектированию инфраструктуры

Кан: Да. Мы активно используем возможности Anycast, переходя к нужному IP-адресу кратчайшим путем. Таким образом наши пользователи соединяются с ближайшей точкой присутствия.

Навьяр: Мы пытаемся понять, как осуществлять маршрутизацию запросов из той или иной части страны, и переадресовываем их на ближайшую точку присутствия. Наши точки присутствия представляют собой небольшие ЦОДы, где размещено главным образом сетевое оборудование и прокси-серверы, выступающие в роли оконечных узлов для запросов с подключением по протоколу TCP.

Кан: Положение точки присутствия выбирается с учетом пользовательского контекста. Мы знаем, из каких географических областей приходят запросы. Для упреждающего анализа мы используем модель, в которой применяем науку о данных. Она показывает, к примеру, что при выборе точки присутствия в Австралии время загрузки страницы сокращается на такой-то процент. С учетом полученной информации мы строим точку присутствия в указанной области и связываем ее с нашими ЦОДами. Запросы на загрузку страниц сначала обрабатываются в точке присутствия, а затем уже пересылаются в основные ЦОДы. Наличие точек присутствия помогает загружать страницы быстрее. А размещение точки присутствия в Азии помогло нам улучшить загрузку страниц на 25%.

Навьяр: Мы постоянно отслеживаем производительность сайта по всему миру и предпринимаем все необходимые меры для улучшения его функционирования. Это осуществляется путем оптимизации сети, улучшения приложения, внесения изменений в алгоритм формирования страниц, рационализации ЦОДов, уменьшения времени, требуемого для построения страниц. И все это в конечном итоге отражается на качестве обслуживания наших пользователей.

Что ж, давайте вернемся к вашему новейшему ЦОДу в Орегоне, который был недавно запущен в эксплуатацию. Чем он отличается от других?

Кан: Плотность размещения вычислительных мощностей здесь заметно выросла. Как правило, одна стойка потребляет 7-9 кВт. Но из-за ограниченного пространства нам пришлось размещать в каждой стойке гораздо больше серверов. В результате уровень энергопотребления стал превышать 14 кВт на стойку. При повышении плотности размещения оборудования растет и тепловыделение, поэтому понадобилось заново проектировать всю систему охлаждения ЦОДа. Отвод тепла теперь осуществляется через заднюю дверь. Одними из первых мы стали применять жидкостное охлаждение стойки. Конечно, на это нужны дополнительные капиталовложения, но со временем они окупаются вследствие сокращения энергопотребления.

Так вы прокачиваете через стойки воду?

Навьяр: Сначала вода охлаждается снаружи, а затем подается в теплообменник, смонтированный в задней двери. Таким образом, горячий воздух нейтрализуется прямо в стойке и у нас нет необходимости прибегать к чередованию горячих и холодных коридоров между рядами.

Горячий воздух нейтрализуется прямо в стойке, и нет необходимости прибегать к чередованию горячих и холодных коридоров между рядами

Насколько надежна прокачка воды между всеми этими системами? Вас этот вопрос беспокоит?

Навьяр: При рассмотрении новой для нас технологии соответствующие вопросы вызывали беспокойство, но мы тщательно протестировали ее, и конструкция показала себя достаточно надежной. Кроме того, мы осуществляем постоянный мониторинг, и в случае появления утечек мы бы о них знали. Но пока никаких поводов для беспокойства не возникает.

Охлаждение воды с помощью внешнего воздуха должно быть достаточно эффективным. Какова эффективность энергопотребления (Power Usage Effectiveness, PUE) у ЦОДа в Орегоне?

Навьяр: Коэффициент PUE равен 1,06. И это стоит того, если учесть, что в перспективе наша цель заключается в полном переходе на экологически чистые источники энергии. Правда, пока цель эта не достигнута, но мы стремимся к ней и во многом поэтому выбрали в Орегоне технопарк Infomart, поскольку у них есть непосредственный доступ к возобновляемым источникам энергии. (Одним из преимуществ площадки, которая была выбрана для размещения нового ЦОДа, является то, что это место позволяет использовать технологию охлаждения серверов наружным воздухом большую часть года, тем самым снижая общее потребление электроэнергии.)

Одним из преимуществ площадки, которая была выбрана для размещения нового ЦОДа, является то, что это место позволяет использовать технологию охлаждения серверов наружным воздухом большую часть года, тем самым снижая общее потребление электроэнергии

Давайте перейдем к вашим инновационным сетевым технологиям, которые были озвучены в проектной документации Project Altair. Насколько я понимаю, в верхней части каждой из ваших стоек смонтирован коммутатор, к которому подключаются все прочие устройства.

Кан: Да. Проект Altair – это одно большое коммутационное решение. Его можно представить в виде большой одноуровневой сети. Здесь нет ядра, нет шасси. Представьте, что вы объединяете более 100 тыс. серверов с использованием традиционной корпоративной модели. Пакет, проходящий от одного сервера до другого, преодолевает 25-30 чипсетов и достигает цели с задержкой, измеряемой в миллисекундах. Мы сократили число промежуточных чипсетов до пяти, используя пятиярусную архитектуру Клоза Leaf-Spine, и это позволило уменьшить задержки при коммутации двух серверов до нескольких микросекунд (см. рис. 1).

В топологии Leaf-Spine все разбивается на несколько ярусов. У каждого коммутатора, смонтированного сверху стойки, есть четыре маршрута к Spine-коммутаторам, а они, в свою очередь, связываются несколькими путями с коммутаторами, расположенными над ними. Таким образом, все Spine-коммутаторы образуют одну большую коммутирующую структуру. У каждого из коммутаторов, находящихся сверху стойки, имеется четыре и более равноудаленных маршрутов ECMP (equal-cost multi-path) (см. рис. 2).

В качестве коммутаторов в верхней части стойки и Spine-коммутаторов используются одинаковые устройства?

Кан: Да, они абсолютно одинаковы. Мы перешли на единую модель учетных единиц и покупаем коммутаторы только одного типа высотой 1U.

Вы получаете все коммутаторы от одного поставщика?

Кан: Нет. Речь идет об одной платформе. Все они имеют одинаковую архитектуру и одинаковый чипсет. Одна учетная единица. У вас может быть множество поставщиков, но при этом одна платформа. Мы используем чипсет Tomahawk и 32 порта 100 Gigabit с общей пропускной способностью 3,2 Тбит/с. Канал шириной 50 Гбит/с подключается к серверам, которые могут отличаться друг от друга. Мы стали первыми, кто подает на каждый сервер поток в 10, 25 или 50, а в перспективе даже в 100 Гбит/с. И этого должно быть вполне достаточно на ближайшие четыре года, а может быть, и больше.

Все Spine-коммутаторы являются неблокируемыми, а значит, при наличии входящего 100-гигабитного канала вы всегда получаете точно такой же исходящий канал. От коммутатора вниз спускаются 50-гигабитные каналы, соответствующие стандарту PSM4. Благодаря такому решению можно взять два 100-гигабитных порта и разделить их на четыре 50-гигабитных, обеспечив эффективную пропускную способность шкафа в 200 Гбит/с.

В вашей документации я читал, что коммутаторы сверху стойки не имеют резервирования. Следовательно, вы позволяете себе потерять целый шкаф. Такое стало возможным благодаря репликации серверов?

Кан: Да, и серверов, и ЦОДов. Речь идет о распределении отказавших зон и упрощении инфраструктуры. При таких масштабах приходится думать о совместном использовании пространства. Приложения достаточно устойчивы к сбоям, так что мы вполне можем потерять целый шкаф, и все будет работать в рамках одного или нескольких ЦОДов.

Правильно ли я понимаю, что на коммутаторах, смонтированных в верхней части стоек, выполняется ваш собственный программный код?

Кан: На некоторых из них. Мы используем как OEM-решения (Original Equipment Manufacturer – оборудование, продаваемое компанией под своим именем и брендом, но сделанное другими предприятиями), так и оборудование собственной разработки (ODM, Original Design Manufacturer). К OEM относятся поставщики наподобие Cisco. А на оборудовании ODM выполняется наш собственный код, и мы постепенно внедряем новые мощности, монтируя новые шкафы и развертывая новые наборы баз данных.

А почему вы разрабатываете свой собственный программный код?

Кан: Есть много специфичных моментов, которыми мы желаем управлять. Нам хотелось бы сосредоточиться на управлении нашими коммутирующими структурами. Мы не ставим перед собою цель непременно разработать лучшую в мире сетевую операционную систему. Задача заключается в создании поверх аппаратного уровня приложений, которые управляли бы нашей системой коммутации.

Желательно, например, получать телеметрическую информацию с коммутатора и загружать ее на платформу машинного обучения, а полученные результаты использовать для интеллектуальной маршрутизации трафика, выявления причин снижения производительности и улучшения управления сетью. Такова наша цель. Внутри компании мы называем эту инициативу программируемым ЦОДом. Нам хочется больше узнать о сетевом уровне приложений и оптимизировать трафик внутри ЦОДа с учетом его особенностей.

Понятно. И вы поддерживаете IPv4 и v6, стремясь к повсеместному переходу на v6?

Кан: Да, на фронте v6 мы выступаем весьма активно. Несколько лет назад решено было запустить версию сайта www.linkedin.com на IPv6, с тем чтобы продолжать работу и после того, как неизбежно будут исчерпаны адреса IPv4. Мы начали с периферии и стремимся охватить рынки, оперирующие исключительно трафиком IPv6. Существенный рост использования IPv6 наблюдался в мобильном трафике. Кроме того, нам удалось добиться определенного увеличения производительности. По мере роста масштабов протокол IPv6 стал использоваться и внутри ЦОДов. В настоящее время стек v4 и v6 дублируется, но через пару лет мы планируем полностью перейти на v6.

Какова общая мощность ваших ЦОДов и как вы намерены развиваться дальше?

Навьяр: С учетом нашего корпоративного ЦОДа сегодня мы близки к 40 МВт. В следующем году постараемся еще увеличить мощности. По крайней мере, это уже запланировано. Как все будет развиваться с точки зрения интеграции с Microsoft, пока неизвестно. Сейчас в ближайших планах органичный рост, но нам, по-видимому, придется немного подождать и посмотреть, как пойдут дела дальше.

Ваша компания известна как крупный представитель сообщества open source. Какова ваша политика в этой области и в чем вы видите смысл участия в продвижении открытых платформ?

Навьяр: Хотелось бы прояснить один момент. Наша философия предусматривает определенную отдачу и открытие исходного кода проектов, над которыми мы работали, везде, где это имеет смысл. Саид уже упоминал о коммутационной телеметрии, которая выливается в очень быстрые, масштабируемые и реплицируемые потоковые приложения – настоящий конвейер сообщений. Мы открыли исходный код этого проекта, и обусловлено это сразу несколькими причинами.

От открытия нами исходного кода выигрывают другие люди, но мы убеждены в том, что это выгодно и для нашего собственного бизнеса. Во-первых, в проекты вовлекается масса новых специалистов, что приводит к улучшению получаемых результатов. А во-вторых, повышается качество работы наших инженеров. Понимая, что их программы изучают миллионы людей, они начинают ответственнее относиться к оформлению документации и выдают более элегантный код, ведь под ним ставится их подпись.

Сегодня много говорят о нашей открытой аппаратной инициативе Open19, и в следующем году здесь произойдут новые важные события. Мы решили разработать открытый стандарт 19-дюймовых стоек для серверов, систем хранения и сетевого оборудования. Цель заключается в том, чтобы вдвое сократить число общих компонентов. Все, что находится в стойке, потребляет электроэнергию и обращается к сетевым ресурсам, поэтому мы решили консолидировать все имеющиеся здесь общие компоненты.

Помимо существенной экономии капитальных затрат, Open19 поможет интегрировать стойки в два-три раза быстрее. Если у вас имеются совместно используемые блоки питания и сетевые компоненты, прокладывать громоздкие кабели уже не потребуется. Мы поддерживаем отношения со многими поставщиками OEM и ODM. Для них это выгодно, поскольку, перейдя на новый стандарт и сохраняя при этом свою интеллектуальную собственность, они придают своей перспективной базе гораздо более высокую гибкость.

Создан новый консорциум, и LinkedIn является одним из его лидеров. Формируется стратегическое партнерство. В ближайшее время комитет начнет совместную работу, а мы со своей стороны откроем архитектуру и станем продвигать предложенную инициативу.

– John Dix. Network World. LinkedIn pumps water down to its server racks, uses an interesting spine and leaf network fabric January 24, 2017

Большие Данные, включающие в себя информацию о конкретных людях, нуждаются в особой защите, однако правовых норм, регулирующих оборот данных именно этой категории, пока нет, как нет и юридически обоснованного понятия Больших Данных. Такая ситуация чревата рисками для предприятий. При этом ответственность за инциденты с персональными данными обычно несут ИТ-директора и руководители корпоративных служб информационной безопасности. В ближайшей перспективе в нашей стране могут появиться правовые нормы, регулирующие процессы обработки Больших Данных на предприятиях. Но снимут ли они остроту проблемы или добавят ИТ-директорам новых хлопот, пока не ясно.

Интернет-омбудсмен Дмитрий Мариничев: «В отрасли пока нет четкого понимания того, кому, собственно, принадлежат Большие пользовательские данные: государству, бизнесу, гражданам?»

Вопросов по теме хранения, использования и защиты Больших Данных, содержащих персональную информацию, пока больше, чем ответов. Так считают участники дискуссии, которая развернулась на форуме BIG DATA 2017, организованном издательством «Открытые системы». Как отметил российский интернет-омбудсмен Дмитрий Мариничев, в отрасли пока нет четкого понимания того, кому собственно принадлежат Большие пользовательские данные: государству, бизнесу, гражданам? А поскольку уже есть случаи утечки и несанкционированного использования таких данных, то очевидно, что их оборот необходимо регулировать. Однако непонятно, где провести границы госконтроля и как минимизировать нагрузку на бизнес. В значительной степени эта неразбериха объясняется отсутствием консенсуса по базовым понятиям. Если с определением персональных данных ситуация в целом довольно прозрачна (на то есть 152-ФЗ), то с Большими Данными – ясности нет никакой. Некоторые эксперты считают, что сам этот термин еще не устоялся.

«Это скорее технический и маркетинговый термин, а потому Большие Данные нельзя вводить в область правового регулирования. Но из этого не следует, что Большие Данные, как они понимаются многими экспертами, существуют в абсолютном правовом вакууме. Поскольку многие данные, обрабатываемые средствами аналитики, могут рассматриваться как персональные, регулированию они подлежат», – убежден юрист НИУ ВШЭ Александр Савельев.

Другие специалисты вообще отрицают существование Больших Данных как предмета для регулирования.

Заместитель директора по технологическому развитию ФРИИ Сергей Алимбеков: «Никаких Больших Данных нет. Есть просто данные. Какая разница, много их или мало»

«Никаких Больших Данных нет. Есть просто данные. Какая разница, много их или мало. Они есть, и их можно использовать для разных целей», – полагает заместитель директора по технологическому развитию ФРИИ Сергей Алимбеков.

Эту точку зрения разделяет и директор департамента универсальных платформ данных IBS Сергей Золотарев: «Мы давно решили для себя, что Больших Данных нет. Технически мы можем работать сегодня с любыми типами данных и в любом режиме».

Отрицающие само понятие Больших Данных эксперты одновременно поддерживают идею о необходимости регулирования просто данных. Эта необходимость уже перезрела, считает Алимбеков. А Золотарев подчеркивает, что именно вопрос прикладного использования данных сейчас ставится во главу угла и бизнесом, и государством, провозгласившим курс на цифровую экономику.

Владимир Журавлев, заведующий кафедрой УЦ «Информзащита», считает, что вопрос, как отделить Большие Данные от персональных, весьма актуален, поскольку бизнес может попасть под весьма жесткое законодательство. Он напомнил, что всего лишь за несоответствие письменной формы согласия на обработку персональных данных требованиям ФЗ-152 «О персональных данных» организация может быть оштрафована на 75 тыс. руб.

Вероятно, в перспективе вопросы регулирования оборота Больших Данных, содержащих персональные сведения, все же найдут свое решение, а ключевые, но не формализованные на данный момент понятия станут юридически значимыми. Как заявил эксперт по защите персональных данных и информационной безопасности DHL Express Алексей Мунтян, сейчас уже не стоит вопрос, будет или нет регулироваться оборот Больших и персональных данных. Это уже происходит.

Мунтян напомнил, что в январе 2017 года Еврокомиссия опубликовала план подготовки нового документа, посвященного электронным коммуникациям – E-privacy Regulation. И в нем явно и четко поднимается проблема регулирования Больших Данных.

«ЕК предлагает синхронизировать и гармонизировать новый европейский документ по защите персональных данных General Data Protection Regulation, который вступит в силу в мае 2018 года, с актом E-privacy Regulation. В этой связи там впервые обсуждаются такие термины, как метаданные, данные, касающиеся взаимодействия пользовательских устройств и технической инфраструктуры сервис-провайдеров. Фактически ЕС уже стоит на пороге регулирования Больших Данных в сфере электронных коммуникаций. Но этим дело не ограничится – это только первый шаг в регулировании Больших Данных», – заявил представитель DHL.

Российские регулирующие органы о ситуации, конечно, осведомлены, поэтому нам стоит ожидать аналогичных законодательных инициатив, считают эксперты.

Большинство из них приветствуют появление новых правил на строящейся дороге к цифровой экономике, но призывают сделать их эффективными.

Директор Российской ассоциации электронных коммуникаций Сергей Плуготаренко: «Российский рынок не готов к исполнению законов, регулирующих работу с Большими Данными»

Активную позицию заняли компании, оперирующие персональными данными миллионов своих клиентов. Это телекоммуникационные операторы и интернет-компании, опасающиеся излишней зарегулированности оборота данных со стороны государства. Ведь слишком жесткие правила вынудят их инвестировать избыточные средства в инфраструктуру обработки данных. Недавно «ВымпелКом», «МегаФон», МТС, «Ростелеком», Mail.Ru Group и «Яндекс» задумались о создании саморегулируемой организации под рабочим названием «Ассоциация Больших Данных». Представители перечисленных компаний уже ведут соответствующие переговоры. Они также выступают за открытость ассоциации для участников других отраслей – финансовой, страховой и пр.

Директор Российской ассоциации электронных коммуникаций Сергей Плуготаренко считает, что российский рынок не готов к исполнению законов, регулирующих работу с Большими Данными, в случае если они несут в себе какие-то новые ограничения. В интервью ТАСС он заявил, что обсуждать целесообразно лишь подходы к сбалансированному законодательству, стимулирующему переход к цифровой экономике и одновременно способному предотвращать негативные последствия от непрофессиональной или незаконной обработки Больших и персональных данных.

Для принятия таких сбалансированных правил необходим диалог между регулятором и отраслевым профессиональным сообществом. Это позволит заблаговременно донести до властей мнение бизнеса по вопросам регулирования Больших Данных, которые могут быть признаны персональными.

Дальневосточное рыбопромысловое предприятие «Доброфлот» связало ИТ-активы, размещенные на морских судах, с ИТ-ресурсами на суше, создав единую защищенную корпоративную сеть для всех пользователей компании. Проект по подключению морских судов «Доброфлота» к спутниковой связи выполнен компанией Orange Business Services на базе международного сервисного пакета Maritime VSAT. Инфраструктура морской связи на основе технологии VSAT расценивается в «Доброфлоте» прежде всего как средство цифровой трансформации компании. Но комплексные решения VSAT могут стать альтернативой «наземным» коммуникациям, объединив ИТ-системы предприятий не только на море, но и в труднодоступных местах на суше.

Согласно условиям договора с провайдером, через терминалы спутниковой связи, ориентированные на космические аппараты «Экспресс АМ5», на первом этапе подключены 14 судов «Доброфлота». В рамках пятилетнего контракта Orange предоставляет заказчику полный комплект услуг Maritime VSAT, реализующий концепцию «полноценного офиса в море». Услугами из этого сервисного пакета уже пользуются более 300 морских судов по всему миру.

Глобальная инфраструктура космической связи Orange, включающая 26 телепортов, позволяет подключить терминалы VSAT к 30 геостационарным спутникам. В России решение Maritime VSAT опирается на собственную магистральную инфраструктуру компании и шесть телепортов космической связи, расположенных на территории нашей страны.

Заявлено, что установленные на судах терминалы обеспечивают пользователям на судах «Доброфлота» гарантированную скорость доступа в Интернет на уровне 2 Мбит/с, а также возможность расширения канала до 6 Мбит/с и спутниковый роуминг. Объем входящего и исходящего трафика контрактом не ограничен.

Контрактом предусмотрено, что все необходимое оборудование (терминалы VSAT, коммутирующие устройства, ИБП и пр.) и каналы связи предоставляются заказчику компанией Orange. Кроме того, провайдер взял на себя все пусконаладочные работы и обслуживание установленного оборудования, включая мероприятия по WAN-оптимизации трафика внутри корпоративной сети. Аренда оборудования и сервис будут оплачиваться по весьма экономичному месячному тарифу.

Инфраструктура морской связи на базе технологии VSAT рассматривается в «Доброфлоте» и как средство для реализации стратегии цифровой трансформации, и как более технологически современная и экономически эффективная замена действующим системам космической связи на море – Inmarsat и Iridium. В отличие от них, решение Maritime VSAT позволяет запускать на судах любые корпоративные приложения, а также дает возможность улучшить условия длительного пребывания сотрудников компании в открытом море – они получили доступ к широкому спектру коммуникационных и развлекательных интернет-услуг.

«Доброфлот» бесшовно объединил ИТ-активы, размещенные на морских судах, с ИТ-ресурсами на суше, создав единую защищенную корпоративную сеть для проектов цифровой трансформации

Как сообщил ИТ-директор «Доброфлота» Евгений Степанов, в сравнении с прежним коммуникационным решением, основанным на сетевом подключении к системам Inmarsat и Iridium, объем использования услуг связи в «Доброфлоте» вырос кратно: в 20 раз увеличился объем служебных и частных переговоров по голосовой связи, и в 80 раз повысился объем передаваемого трафика между кораблями и центральным офисом.

Но главное, что на основе Maritime VSAT в объединенной ИТ-среде могут быть запущены серверные приложения «1С» – «Электронный промысловый журнал» и «Заявка на снабжение». Теперь можно будет в реальном времени отслеживать объем выловленной рыбы и отгрузку конечной продукции, оперативно управлять привлеченными материальными ресурсами.

А в перспективе планируется задействовать спутниковые каналы VSAT для различных проектов в сфере Интернета вещей: контроля судового оборудования в реальном времени, запуска сервисов с применением очков дополненной реальности для удаленного инструктажа экипажей (такое решение сейчас разрабатывается в Orange).

По данным компании «Транзас», российский рынок морских решений VSAT находится в начальной стадии формирования. Судовладельцами в России используются порядка 400 терминалов VSAT (в основном на речных судах), что составляет 1,5-2% от общемирового рынка. Тем не менее эксперты прогнозируют повышение спроса на услуги такого рода и дальнейший рост российского рынка примерно на 10% в год. В частности, на Дальнем Востоке работают порядка 15 компаний, соразмерных «Доброфлоту». Все они могли бы воспользоваться услугами Orange Maritime VSAT.

Стоит отметить, что технология VSAT активно применяется и на суше. Она поможет предприятиям с развитой филиальной сетью надежно связать центральный офис с подразделениями, расположенными в удаленных точках – там, где современные каналы фиксированной связи еще отсутствуют или слишком дороги.

Владимир Тихомиров, который руководит ИТ-департаментом «Ингосстраха» с 2009 года, рассказал о том, как цифровые технологии трансформируют отрасль, бизнес компании и ее ИТ-службу.

Что изменилось в страховом бизнесе под влиянием технологий? Можно ли сегодня говорить о цифровой трансформации отрасли?

Мы стоим на пороге такой трансформации. В прошлом году доля чисто цифровых продаж (без доставки полиса клиенту) начала расти и составила заметную часть в сборах. Например, в туризме онлайн-страхование приносит примерно треть всех продаж. Онлайн окончательно выделился в самостоятельный канал продаж, и в страховых компаниях появились курирующие его бизнес-подразделения со своими планами развития и продвижения продуктов. В отдельное направление электронной коммерции с собственной стратегией оформилось электронное ОСАГО.

Новое поколение потребителей ценит скорость, оперативность и удобство, поэтому выбор продукта и компании определяется в том числе и тем, насколько экономится время на посещение офиса и будет ли удобным взаимодействие в сети. ИТ стали по сути компонентом продукта, так как, помимо страховой составляющей, клиенту важна «упаковка» электронного полиса – удобство покупки, оплаты, доставки и пр.

Владимир Тихомиров Возраст: 57 лет Образование: Московский инженерно-физический институт (1982), инженер-системотехник (специальность «АСУ»), аспирантура Послужной список: 1997 – настоящее время СПАО «Ингосстрах», различные должности, сейчас – директор департамента ИТ 1996 – 1997 РАКБ «Москва», начальник отдела 1994 – 1995 ВАО «Интурист», главный системный программист 1987 – 1993 МИФИ, кафедра АСУ, младший научный сотрудник, научный сотрудник

Вы наблюдаете ИТ-эволюцию «Ингосстраха» вот уже 20 лет. Какие наиболее важные изменения произошли за последнее время?

Прежде всего произошло резкое ускорение изменений всякого рода: технологий, требований бизнеса и рынка. И это является основной проблемой, потому что классические подходы к разработке и внедрению, которые мы использовали до сих пор, перестают работать. Нужно радикально менять подход, внедрять гибкие методологии, причем не только в ИТ, но и во всей компании в целом.

Доля ИТ-составляющей в страховых продуктах резко возросла, рынок пошел в онлайн, и автоматизация достигла такого уровня, что продавать страховые продукты без нее невозможно. Увеличилась и ответственность ИТ-службы за продажи, теперь я ежедневно слежу за тем, что происходит с электронным ОСАГО.

В какие организационные преобразования выливается рост значимости ИТ-службы?

В организационной структуре изменения только назревают, но мы интенсивно растем численно, в отличие от других подразделений. Общее количество сотрудников компании почти не изменилось, а вот ИТ-департамент за пять лет вырос в полтора раза.

Однако рост количества новых задач и проектов опережает увеличение ИТ-штата, а потому нам следует задуматься над эффективностью процесса разработки. Применение принципов гибкой разработки позволяет избежать нестыковок по срокам, затягивания процессов разработки, появляется возможность концентрироваться на конкретных задачах, быстро их внедрять и запускать.

Какая методология гибкой разработки применяется в компании?

Мы не пытаемся внедрить какую-то конкретную методологию, а экспериментируем, ищем подходы. В этом нам помогает опыт наших подрядчиков, которые консультируют и обучают нас.

Уже полгода у нас работают три команды по методике Scrum. Этот вариант, конечно, более затратный, он требует больше персонала, чем традиционный подход, но зато дает резкое сокращение времени вывода продукта на рынок – time to market. По сложным большим задачам мы сократили время разработки в два раза, а по мелким – до десяти раз.

Причем аgile-метод применим не только в ИТ, на уровне компании в целом тоже внедряются новые подходы для решения комплексных задач.

«Аgile применим не только в ИТ. На уровне компании в целом также внедряются новые подходы для решения комплексных задач»

Какие ограничения в применении agile-подхода вы видите?

Быстрое создание и внедрение новой технологии имеет отдаленные по времени негативные последствия – появляются проблемы с архитектурой, непроработанные решения, сделанные на скорую руку. Scrum дает отличный эффект для команды, разрабатывающей ПО с нуля. Когда такой подход масштабируется на большой коллектив разработчиков, который занят комплексной доработкой большой системы, проявляются его минусы, и основной из них – упущение архитектурной проработки. Кроме того, когда разрабатываемое решение обрастает функционалом в течение нескольких лет, на создание нового функционала сил команды уже не хватает. Поправить дело можно, только вводя много Scrum-команд и организуя между ними эффективное взаимодействие. Ну а каждая связь – это расходы, и они с ростом числа вовлеченных людей растут экспоненциально.

Для решения этих проблем существует методология управления большим количеством agile-команд в крупных корпоративных проектах – Scaled Agile Framework, SAFe. Чтобы соблюдалась общая концепция системы, действия команд периодически синхронизируются, вводится бизнес-процесс согласования архитектурных решений и иерархия архитекторов, которые эти решения согласуют.

То есть разработку нужно несколько замедлить, чтобы избежать проблем в будущем?

Нет, скорость не снижается. Но с появлением иерархии и управленцев растут накладные расходы.

Вы примеряете на себя эти нововведения?

Да, будем изучать и постараемся применить. Некоторые процессы сложно внедрить, ведь SAFe ценности для бизнеса не прибавляет. Но заказчик должен понимать, зачем нужны расходы, которые не дают в результате нового функционала, – для снижения отложенных ИТ-рисков.

Против мошенников

Артем Литвин, заместитель директора департамента ИТ компании «Ингосстрах» Фото: Роберт Каримов

Снизить трудоемкость борьбы с мошенничеством в автостраховании и добровольном медицинском страховании «Ингосстраху» помогают экспертные системы.

Как рассказал Артем Литвин, заместитель директора департамента ИТ компании «Ингосстрах», при регистрации договор или убыток автоматически проходит проверку в экспертной системе на основе заданных правил. Практически в реальном времени выявляются подозрительные сведения, которые могут указывать на различные мошеннические схемы. Тем самым значительно облегчается контроль при большом объеме информации.

Кроме того, сотрудники службы безопасности используют для проверки клиентов аналитические инструменты, внешние базы и источники данных. Раньше службы безопасности обменивались информацией об истории клиентов неформально. Сейчас в Российском союзе автостраховщиков создана единая база данных – Бюро страховых историй, куда все страховщики загружают сведения о договорах и убытках по добровольному страхованию транспортных средств. Ожидается, что единая система, после того как в ней накопится достаточно данных, позволит проще и быстрее получать информацию для проверки клиентов.

Для выявления ситуаций, когда поликлиники искажают данные по фактически оказанным пациенту услугам, применяется двухступенчатая проверка. Сначала техническая экспертиза исключает двойные суммы, несоответствия тарифам и т. п., а затем медицинская экспертиза изучает, насколько адекватно поставленному диагнозу оказывались услуги. «С учетом количества лечебных учреждений, с которыми сотрудничает «Ингосстрах», это весьма трудоемкая работа, – отметил Литвин. – А потому в этой области мы также внедряем экспертные системы, которые анализируют счета, автоматически выявляя некорректные и подозрительные записи».

Какого рода задачи решают команды agile?

Сейчас в основном это задачи, связанные с разработкой новых розничных продуктов или дополнений к ним. Но мы планируем распространить данную практику на все участки, где идет развитие существующего функционала системы, включая корпоративное и медицинское страхование.

Уже в текущем году планируем запустить еще семь Scrum-команд, а со временем их будет около 20. Поскольку все они работают над одной информационной системой, им потребуется довольно плотно взаимодействовать. Поэтому нас и заинтересовала методология SAFe, ведь синхронизация трех команд и десяти – это разные управленческие задачи.

В разработке основной ИТ-системы «Ингосстрах» по-прежнему опирается на собственные силы?

Мы опираемся на систему собственной разработки, но развиваем ее не только своими силами, участие подрядчиков примерно равно нашему. Это позволяет более гибко управлять объемом ресурсов, когда появляются срочные внеплановые задачи или начинает расти поток требований бизнеса. Схемы взаимодействия с подрядчиками разные, это могут быть либо проекты разработки комплексных решений, либо передача отдельных задач.

В условиях кадрового голода привлечение подрядчиков часто позволяет быстрее решать срочные задачи. Но мы пробуем и альтернативные варианты: в прошлом году на базе филиалов в Перми и Иркутске открыли два удаленных центра разработки и сопровождения, которые подчиняются ИТ-департаменту в головном офисе. Благодаря более низким расходам на зарплату и эксплуатационные услуги, мы выигрываем 20-30% стоимости разработки. Кроме того, наличие ИТ-специалистов в других городах отчасти решает вопрос расширения времени поддержки пользователей и клиентов.

Аудиторы, помогавшие нам актуализировать ИТ-стратегию, подтвердили, что развитие собственной системы является правильным направлением. В тех областях, где у нас нет глубокой экспертизы, а процессы достаточно стандартные, применяются промышленные решения – например, управление инвестициями, кадровый учет, актуарные расчеты, скоринг.

Технологии доступны всему рынку. А какие из них способны обеспечить компании конкурентные преимущества?

Далеко не каждая компания имеет возможность вкладывать в разработку миллионы долларов. В нашей компании кризисы последних лет не сказались на объеме инвестиций в ИТ, замедлялся лишь их рост. А cейчас объемы вложений в ИТ увеличиваются нарастающими темпами.

Нам важно, чтобы мобильные приложения работали на всех существующих у клиентов гаджетах. Необходимы подходы и технологии для продвижения услуг, повышения конверсии и обеспечения кросс-продаж, а также сервисы, позволяющие привлечь и удержать клиента (сохранение расчетов, рассрочки и рекуррентные платежи, заявление и отслеживание статуса убытка и пр.).

Для многих крупных клиентов становится важным наличие электронного личного кабинета, через который можно управлять всем портфелем своих полисов по разным видам страхования. Это не только удобно, но и ощутимо сокращает обеим сторонам затраты на взаимодействие и пересылку документов.

Молодые покупатели уже не склонны разговаривать с агентом даже по телефону. Поэтому мы развиваем чат-боты, позволяющие выяснить потребности клиента в режиме диалога и прислать ему готовую ссылку для приобретения полиса без заполнения форм на сайте.

Достаточно активно растет направление, связанное с телематикой и определением модели поведения водителя на дороге. Сейчас это уже может быть не устройство, а приложение в мобильном телефоне.

Серьезный шаг для нас – перевод всех агентов розничного направления в онлайн. Система контролирует, что агент продает с мобильного телефона, планшета или ПК в офисе, и эта информация сразу оказывается в нашей базе данных. Это и контроль ошибок и злоупотреблений агентов, и дополнительная защита от мошенников.

При продаже полисов через Интернет затрудняется отсев мошенников. Но технологии обработки Больших Данных, актуарный анализ и соответствующая математика позволяют отсечь потенциально опасных для бизнеса клиентов.

Что этому мешает? Вам нужны специалисты по data science в штат?

Вне всякого сомнения! Это сейчас очень серьезная проблема, найти таких специалистов крайне сложно, так что выращиваем своих.

Каковы основные направления развития ИТ в «Ингосстрахе» сегодня?

Два самых крупных направления – это онлайн и отчетность. Чтобы минимизировать визиты клиентов в офис, мы развиваем онлайн-продажи и онлайн-сервисы как для розничных, так и для корпоративных клиентов, в том числе подачу заявления об убытках, оплату взносов и франшиз через сайт. Отдельно можно выделить e-ОСАГО. У нас заключено уже более 80 тыс. договоров е-ОСАГО.

Надо сказать, что Центробанк все больше обращает внимание на внутренние процессы страховых компаний, в том числе на ИТ и информационную безопасность. Если раньше бесперебойная работа «24 на 7» была лозунгом, то с вводом онлайн-ОСАГО, она стала законодательной нормой. ЦБ требует, чтобы сайты страховых компаний работали с минимальным временем простоев, поддержка осуществлялась круглосуточно, а все действия клиентов на сайте протоколировались.

В 2017 году по требованию ЦБ на страховые компании распространены новые стандарты отчетности и единый план счетов. Существенные изменения учета обязательств и правил взаиморасчетов по договорам потребовали значительной переработки не только бухгалтерского блока, но и страхового. Мы внедрили новый порядок учета с 1 января 2017 года, как требовалось по закону, но доработки будут продолжаться, объем работы колоссальный.

Также активно развиваются решения, связанные с клиентской аналитикой. Это, во-первых, сегментация и скоринг – оценка рисков по клиенту с учетом как внутренних, так и внешних источников данных. Во-вторых, взаимодействие с клиентом – маркетинговые кампании, персональные предложения и кросс-продажи. Мы хотим лучше понять клиента, объединив в цепочку взаимодействие с ним при продаже и аналитику, которую потом получаем.

Каким образом компания намерена монетизировать Большие Данные, накопленные в информационной системе? Используете ли вы анализ данных соцсетей?

Назвать их Большими Данными в полном смысле нельзя, хотя это миллионы застрахованных. Мы используем актуарный анализ, когда благодаря накопленной по множеству клиентов статистике можно обоснованно назначать тарифы тем или иным сегментам клиентов. Бонус клиент может получить только спустя год, но до недавнего времени лучшего способа у нас не было.

Надеемся, что привлечение Больших Данных позволит делать персонализацию тарифов априори (предварительно). В прошлом году мы начали внедрять аналитическую платформу SAS, с ее помощью мы планируем решить ряд задач по сегментации клиентов, оценке и прогнозированию убыточности, выявлению дополнительных тарифных факторов. Например, проанализировав данные кредитных бюро, мы обнаружили зависимость между невозвратностью долгов и убыточностью страхования. Эта часть скоринга уже работает.

Данный проект предполагает также внедрение модуля «обогащения» данных, который позволит получать дополнительные сведения из социальных сетей. На основании Больших Данных мы начинаем заниматься персонализированными предложениями для клиентов. Если обогатить профиль клиента из внешних источников, то в качестве кросс-продаж можно предложить ему что-то действительно интересное – организовав рассылки или отследив его заход в личный кабинет. Но эта работа пока в самой начальной стадии.

Официально озвученной политике импортозамещения исполнилось три года, но радикальных изменений в сфере ИТ-закупок до сих пор не наблюдается. Госструктуры продолжают закупать иностранное ПО и тратить огромные деньги на его поддержку. Они жалуются на отсутствие полноценных российских аналогов для многих ключевых систем и на дефицит специалистов по ним. Да и сама миграция зачастую становится не только рискованным, но и дорогостоящим проектом. Тем не менее, как показали выступления на круглом столе по импортозамещению, организованном в рамках конференции PgConf.Russia 2017, ряд проблем невозможно решить без государственного участия, а действия правительства в этом направлении нельзя признать идеальными.

Нужна экосистема

Руководитель блока ИТ «Интер РАО» Дмитрий Алтухов: «Большинство компаний, решившихся уйти от решений Microsoft, хотели бы видеть продукт, столь же быстрый в развертывании, а не группу разработчиков, которые несколько месяцев будут что-то “допиливать”. За это многие из заказчиков готовы платить деньги, сравнимые с бюджетом на развертывание и поддержку западных продуктов»

«Сокращать присутствие проприетарных американских технологий мы начали, когда понятия “импортозамещение” вообще не было. События последних лет лишь ускорили наше движение», – рассказывает Дмитрий Алтухов, руководитель блока ИТ «Интер РАО». Еще в 2015 году система Service Desk BMC Remedy была заменена отечественным решением Naumen на базе ОС Linux и СУБД Postgres Pro. В дальнейшем переход на Postgres Pro стал одним из приоритетных направлений работы. Так, в крупный проект вылилась замена СУБД в корпоративной системе документооборота.

Сейчас, по словам Алтухова, идет модернизация производственных систем в энергосбытовых компаниях. В «Мосэнергосбыте» технологической платформой биллинговой системы до сих пор остается Oracle, однако активно продолжается разработка следующей версии, в которой полностью отсутствуют проприетарные компоненты.

«Безусловно, есть некоторое технологическое отставание открытых решений, особенно СУБД, от двух мировых лидеров – Microsoft и Oracle, однако для большинства традиционных задач, связанных с использованием реляционных СУБД, Postgres является достаточно зрелым продуктом», – констатирует Алтухов. Однако гораздо больше вопросов вызывает развитие партнерской экосистемы. Одна из главных проблем российского сообщества Open Source – отсутствие сильных лидеров в корпоративном сегменте.

Основной риск, с которым сталкивается компания, затевающая проект открытого ПО, – исчезновение поставщика платформы. Этот риск пропадает только тогда, когда появляется развитая экосистема партнеров. По мнению Алтухова, могут быть полезны специализированные ответвления (форки), потому что не все возможности в стандартных платформах востребованы, а всякий дополнительный функционал утяжеляет продукт. Нужна гарантия доступности исходного кода каждого форка – как минимум это даст возможность даже в случае ухода разработчика с рынка поддерживать систему совместно с кем-либо из партнеров.

Декларации без политики

«У нас есть государственная декларация об импортозамещении, а соответствующей государственной политики фактически нет», – сетует Алтухов. Так называемый реестр российского ПО не структурирован и является лишь списком, а большая часть промышленных продуктов, включенных в него по формальным признакам, базируется на платформе Windows и использует СУБД Microsoft SQL Server или Oracle. Еще одна проблема, связанная с реестром, – неоправданная конкуренция между продуктами.

«Незачем иметь в реестре 23 разных “Линукса”, все они низкого качества, ни один не является коробочным продуктом, ни один не имеет функционала, аналогичного Active Directory и Exchange – ключевым элементам корпоративной инфраструктуры», – считает Алтухов. Практически все разработчики Linux только и делают, что конкурируют между собой, вместо того чтобы озаботиться созданием продукта, хотя бы приближающегося к мировому классу. Ясно, что наличие множества версий одной и той же платформы неудобно не только заказчикам, но и всем остальным разработчикам ПО, вынужденным поддерживать множество операционных систем. Поэтому как начальный список реестр, возможно, имеет смысл, но принципиально важны дальнейшая селекция и выделение «национальных чемпионов», которые, будучи поддержаны государством и крупным бизнесом, создадут вокруг себя экосистему.

Импортозамещение фактически является вытеснением с рынка продукции двух монополистов. Однако в рамках свободной конкуренции этого сделать не получится. Единственный способ – выстраивание национального инфраструктурного ландшафта по классификации: операционные системы (серверная, клиентская, мобильная), СУБД (реляционная, постреляционная), система корпоративного каталога и управления доступом, системы мониторинга и резервного копирования и т. д. По всему этому стеку требуется определить нескольких кандидатов в национальные чемпионы, причем делать это должны не только поставщики решений, но и ИТ-директора крупнейших заказчиков, а также профессиональное сообщество разработчиков. Именно при таком подходе могут появиться продукты, напоминающие коробочные решения, с помощью которых заказчик резко сокращает свои риски.

«Большинство компаний, решившихся уйти от решений Microsoft, хотели бы видеть продукт, столь же быстрый в развертывании, а не группу разработчиков, которые несколько месяцев будут что-то “допиливать”. За это многие из заказчиков готовы платить деньги, сравнимые с бюджетом на развертывание и поддержку западных продуктов», – уверен Алтухов.

Без выбора национальных чемпионов, без создания монополий и дуополий ситуация не выправится. Следующим шагом правительства должна стать вторая версия реестра, в которую попадут реально независимые от западных платформ продукты.

ИТ-директор как PR-агент

Холдинг «Вертолеты России» начал активные действия по импортозамещению и сокращению затрат на содержание ИТ полтора года назад. Первыми шагами стали замена операционной системы и постепенный переход на Astra Linux – именно эта версия хорошо зарекомендовала себя в военных организациях. Пошли по пути создания альтернативного контура, который, как предполагалось, шаг за шагом будет вытеснять все наработки, сделанные с 1990 годов.

ИТ-директор холдинга «Вертолеты России» Михаил Носов: «Я сам работаю как PR-агент. В моем кабинете обустроено рабочее место на базе открытого ПО, я могу любому желающему показать работу решений. Это у многих людей, в том числе из бизнеса, вызывает интерес»

«Начали именно с операционной системы, потому что понимали: это потянет за собой изменение подходов к приобретению и установке различных решений, в том числе бизнес-приложений. Год с лишним мы идем по этому пути, уже набили много шишек», – говорит Михаил Носов, ИТ-директор «Вертолетов России».

В управляющей организации холдинга год назад стартовал крупный проект по развертыванию системы оперативного управления производством и мониторинга. В результате удалось построить полностью импортонезависимое решение на базе Astra Linux, Postgres Pro и «1С:ERP». Пока еще не полностью проведено нагрузочное тестирование и остаются вопросы, но система живет в промышленной эксплуатации. При тиражировании системы на заводах такая же конфигурация будет реализована и там.

«Мы демонстрируем руководству, какие сэкономлены средства, речь идет о сотнях миллионов рублей, эти деньги пошли бы на поддержку западных систем. Это здорово, но огорчает то, какие именно решения приобретаются взамен», – делится Носов. В стране есть несколько компаний, которые делают на базе Linux свои собственные разработки и выдают их за российские операционные системы. И, по словам Носова, конкуренция между ними похожа на соревнование паралимпийцев. До сих пор компании, развивающие альтернативные решения, так и не консолидировались. Убедить в эффективности российских аналогов пользователей, привыкших за 20 лет к удобству решений Microsoft, непросто.

«Я сам работаю как PR-агент. В моем кабинете обустроено рабочее место на базе открытого ПО, я могу любому желающему показать работу решений. Это у многих людей, в том числе из бизнеса, вызывает интерес», – говорит Носов. Многие понимают, что в случае форс-мажора именно эти альтернативные решения позволят бизнесу работать, пусть и в весьма аскетичном формате. Но, выйдя на заводские площадки, слышишь вполне закономерный аргумент местных коллег: «Мы не занимаемся изыскательством, мы работаем. Нельзя, чтобы SLA по поддержке производства был нарушен».

Самое печальное, что многие действительно критичные для предприятий функции (например, кластеризация) в доступных дистрибутивах Linux почему-то не реализованы. Российские заказчики так и не смогли дожать своих энтузиастов, создающих клоны Linux с полутора-двухгодичным отставанием от мирового сообщества.

«Когда мы объявили о реализации проекта, к нам пришел один из разработчиков Linux и предложил систему виртуализации на базе переписанной KVM, стоящую серьезных денег. Это сильно рушит экономику проекта: мы от одного коммерческого продукта уходим к другому – неисследованному, с проблемами по качеству и надежности», – сетует Носов.

Самая большая часть ИТ-затрат любого промышленного предприятия приходится на все, что связано с системами CAD/CAM/CAE на базе Dassault Systemes или Siemens, альтернатив которым нет. Попытки предложить российскому офису Siemens какие-то варианты сотрудничества, чтобы добиться безболезненного функционирования хотя бы баз данных, не находят поддержки, поскольку отношения с Oracle слишком сильны.

«Выглядит странно: с одной стороны, подняли флаг импортозамещения, с другой – вновь подписываем контракт с Siemens и продолжаем платить им серьезные деньги», – признает Носов. Более того, если стоимость контракта сравнить с результатами экономии по программам импортозамещения за прошлый год, то сразу видно, что это величины разного порядка.

С 1 января 2017 года «Вертолеты России» перешли на незаслуженно забытый российский стандарт хранения и обмена документами ODF. Заводы отчитались о внедрении и «положили его на полку», продолжая обмен файлами в формате Microsoft Office. Совершенно ясно, что проблема глубже: получая приглашения на мероприятия по импортозамещению с участием Минобороны и Минкомсвязи, до сих пор приходится иметь дело с требованием прислать материалы в форматах .docx и .pptx.

Заняться СУБД-строением

«Хорошо, что государственные органы все больше ориентируются на открытые технологии, и вдвойне хорошо, что такое происходит не только в России», – уверен Илья Космодемьянский, генеральный директор PostgreSQL-Consulting. Развитие Linux привело к тому, что рынок операционных систем перестал быть прежним: дорогие системы ушли в небытие, а оставшиеся коммерческие системы существенно подешевели, в чем-то стали лучше. Но самое главное, производители уже не могут «подсаживать» государство на свои продукты, у них другие цели и задачи.

Генеральный директор Postgres Professional Олег Бартунов: «Нам нужно воссоздать отрасль СУБД-строения. Произошло следующее: студентов учат лишь использованию платформ, из вузов выходят обычные системные администраторы, и их уровень крайне низок» Фото: YouTube

Работая с PostgreSQL и ее производными, компании ведут рынок СУБД к той же самой ситуации. Конкуренция со стороны открытых решений заставляет руководство Oracle задуматься о ценовой политике, а Microsoft и вовсе сделала ответвление своей СУБД, поддерживающее Linux.

«Поддерживая открытое ПО, государство вкладывается в свою базу. Талантливые люди у нас есть, надо дать им работу – эти инвестиции в будущее сложно переоценить», – уверен Космодемьянский.

«Нам нужно воссоздать отрасль СУБД-строения, – подчеркивает Олег Бартунов, генеральный директор Postgres Professional. – Изучив около сотни программ наших учебных заведений, готовящих специалистов по базам данных, могу сказать: студентов учат лишь использованию платформ, из вуза выходят обычные системные администраторы, и их уровень крайне низок».

Конечно, речь главным образом идет о решених Oracle и Microsoft, которые десятилетиями насаждали свои продукты в университетах. Эти вендоры инвестировали в свое продвижение много средств: бесплатно раздавали лицензии, создавали учебные центры, поддерживали преподавателей.

Всеми этими способами сейчас должны, не стесняясь, пользоваться и российские компании, на волне спроса создавать свои курсы и учебные материалы. Тогда лет через пять в России начнут появляться первые специалисты по отечественным и открытым платформам.

Аптечная сеть «Ригла» динамично развивается. Чтобы не сбавлять высокие темпы роста и сохранить устойчивость, руководство крайне внимательно относится к эффективности бизнеса. В ИТ-стратегии компании важное место занимают аутсорсинг и оптимизация: два из трех ИТ-проектов, осуществленных в 2016 году, нацелены на совершенствование бизнес-процессов. «Жизнь меняется настолько быстро, что иногда речь идет даже не о том, чтобы быть инновационными, а о том, чтобы просто не отстать от тенденций в технологиях и коммуникациях. Выигрывать на рынке будут компании, которые сумеют обеспечить себя эффективным менеджментом и технологиями», – говорит генеральный директор «Риглы» Александр Филиппов.

Однако в цифровую эпоху эффективность без инноваций невозможна, и в очередном проекте «Ригла» поставила задачу качественно изменить один из ключевых для развития бизнеса процессов – выбор места расположения новых аптек. Первые шаги уже сделаны.

Оценивая влияние цифровой трансформации на фармацевтическую розницу, заместитель генерального директора по информационным технологиям «Риглы» Вадим Горбунов акцентировал внимание на возможностях технологии Больших Данных: «Появление больших объемов данных и новых способов их обработки позволяет делать ранее невообразимые вещи. Для бизнеса – это повышение производительности и снижение риска инвестиций, для клиента – более комфортный и понятный сервис».

«Хребет» управления

В 2016 году в «Ригле» завершили длительный проект по замене системы бюджетирования и отчетности, которую в компании называют «хребтом» автоматизации управления. Сеть работает под тремя брендами: «Ригла», «Живика» и «Будь здоров!», – что означает три формата торговли и три модели покупателя. Руководству необходимы данные в трех разрезах для принятия решений и постоянного отслеживания уровня рентабельности большого хозяйства. Чтобы максимально оптимизировать результат бюджетирования, требуется четко планировать доходы и расходы, а также сбалансировать все части системы управления: маркетинг, отношения с поставщиками, планирование финансов и открытие новых точек. Нарушение баланса в любой из частей оборачивается неэффективным расходованием капитала.

«Бизнес меняется быстро, и время имеет все большую ценность. Если задуманное воплощать долго, оно устареет, не успев родиться» Вадим Горбунов, заместитель гендиректора по ИТ аптечной сети «Ригла»

Бурный рост объемов информации и правил бюджетирования, связанный с региональной экспансией, привел к тому, что процесс составления стратегического бюджета стал, по словам Филиппова, «мучительно болезненным» и слишком ресурсоемким. Поэтому вместе с системным интегратором Navicon «Ригла» перешла с системы на платформе «1С» на комбинацию решений IBM Cognos TM1 и Microsoft Dynamics NAV. Бюджет 2016 года верстался уже в новой системе. Как рассказал Горбунов, не все прошло гладко: недостаточно зрелые методики внедрения программного обеспечения в сочетании с многоплановыми запросами руководителей компании привели к значительному отклонению от планируемого срока реализации.

Но в итоге благодаря автоматизации бюджетирования появилась возможность с высокой скоростью получать более точные данные во множестве разрезов представленной информации. По той же методике и в тех же разрезах был выстроен финансовый учет, удалось серьезно уменьшить сроки подготовки отчетности и одновременно сократить персонал, который занимается ее формированием.

Теперь в «Ригле» планируют развивать систему, повышая точность и надежность, что позволит менеджменту реализовывать новые задачи. «Есть вещи, без которых нельзя “дышать” сегодня и без которых нельзя будет “дышать” завтра», – говорит Филиппов. По его мнению, автоматизация бюджетирования – это то, без чего компания не смогла бы выжить. А главными заботами завтрашнего дня станут программа лояльности и подготовка аптек к персонализированным отношениям с клиентами.

«Симфония» остатков

Наблюдения за ростом оборачиваемости товарных запасов у конкурентов подтолкнули организацию к поиску эффективного инструмента для планирования потребности в товарах и поставках. Управление снабжением «Риглы» было автоматизировано несколько лет назад на базе программного обеспечения собственной разработки. С тех пор ИТ-стратегия претерпела изменения, сегодня компания интенсивно использует аутсорсинг и стремится покупать эффективные и зарекомендовавшие себя на рынке решения, а также стандартные услуги требуемого качества: техподдержки, веб-разработки, продвижения сайтов, разработки решений для ЦОД. «Наша функция – собрать это вместе и обеспечить результат, – говорит Горбунов. – Нет времени разрабатывать все самостоятельно при таком бурном росте бизнеса. Важно найти ценное, быстро инкорпорировать в нашу систему и получить отдачу».

Одной из находок оказалась платформа Symphony компании Inherent Symplicity.

В организации такого масштаба, как «Ригла», любое неверное движение в управлении снабжением серьезно сказывается на качестве товарных остатков. В фармацевтической рознице стремятся не допускать ситуации, определяемой специфическим термином «дефектура»: когда клиент пришел, а товар закончился. Дефектура измеряется в проценте потерянных потенциальных продаж. Снижать такой процент, увеличивая товарные запасы, нецелесообразно: в масштабе сети это выливается в немалую сумму, которую выгоднее потратить на открытие новых точек или инвестировать в новые проекты. Symphony, которая позволяет прогнозировать продажи каждой аптеки по всему ассортименту и избегать дефектуры, оставляя при этом минимальный товарный запас, помогла найти баланс между уровнем сервиса и размером товарных запасов. Убедившись за три месяца пилотного проекта в том, что поставленные менеджментом финансовые цели достижимы, за полгода систему развернули по всей сети – c апреля 2016 года снабжением аптек «Ригла» управляют с помощью Symphony.

В результате компания добилась сокращения товарных запасов в среднем на 25%, при этом доступность товара для покупателей повысилась. По оценке руководителей «Риглы», это может покрыть годовые затраты на открытие всех новых аптек. Количество сотрудников, формирующих заказы, сократилось до трех человек на всю сеть. Затраты на приобретение системы окупились за три месяца.

Самым сложным в проекте было поверить в его целесообразность и убедить в этом других участников процесса, отметил Горбунов. «Важно, чтобы в проекте работали люди, которым это нужнее других, те, кто доведет работу до логического конца», – добавил Филиппов.

Многофакторный анализ против экспертных ошибок

Идею «калькулятора», который покажет гендиректору, как будет работать новая точка, в компании вынашивали давно. Место расположения аптеки – один из ключевых факторов, влияющих на объем продаж. Открывая ежегодно сотни новых аптек, менеджмент «Риглы» отбраковывает тысячи вариантов их расположения. В каждом случае требуется учесть множество параметров окружения потенциальной торговой точки: магазины, конкурентов, инфраструктуру. Перспективность новой аптеки оценивают эксперты. Если после заключения долгосрочного договора аренды точка работает не так, как ожидалось, промах дорого обходится бизнесу.

Готовых решений не нашлось. По словам Горбунова, Data Mining и BI только «гаечные ключи», помогающие собрать необходимый механизм. Программное обеспечение создали на базовых технологиях с использованием собственных методики и архитектуры в сотрудничестве с несколькими российскими партнерами по веб-программированию и машинному обучению. Подробности в «Ригле» не раскрывают.

Для анализа бизнес-среды было решено реализовать три идеи. Во-первых, собрать максимально полную информацию об окружении потенциальной аптеки еще до того, как сделан первый шаг к аренде площади. Сведя данные, собранные из Интернета, баз данных и маркетинговых агентств, получили доступность информации в момент анализа и принятия решения руководителем.

Во-вторых, систематизировать эту и дополнительную информацию, собираемую на месте – при переговорах с собственником об условиях аренды и при изучении вопроса, сможет ли аптека привлечь ожидаемый поток посетителей. Программное обеспечение позволило поставить требования бизнеса на системную основу так, чтобы специалисты на месте сразу собирали необходимую информацию. Решение выполнили в виде мобильного приложения, заполняя формы которого, эксперты передают данные в центральную систему.

И наконец, третья идея заключалась в поддержке принятия решения на основе собранной информации и использования нескольких независимых алгоритмов ее обработки. В модель «калькулятора» заложили расчет коэффициентов конвертации трафика в число покупателей и включили не только статистику по сети «Ригла», но и множество других наборов данных: потребление лекарств на душу населения, число жителей в близлежащих домах, арендные ставки и даже правила оформления витрин на конкретной улице, которые могут существенно повлиять на объем продаж. Количество факторов, включаемых в модель, приближается к тысяче, сообщил Горбунов. Плотную статистику по такому количеству факторов собрать крайне сложно, так что применить классический подход, измеряя влияние каждого фактора на результат, не получается. Поэтому для выявления зависимостей используются методы машинного обучения, и степень влияния каждого фактора на выручку определяется с помощью нескольких независимых алгоритмов.

«Есть вещи, без которых нельзя “дышать” сегодня и без которых нельзя будет “дышать” завтра» Александр Филиппов, генеральный директор аптечной сети «Ригла»

Исходя из расчетной емкости рынка и примерной доли расходов на лекарства от чека в магазине, ПО ищет схожие по количеству касс, ценовому позиционированию или регионам аптеки и дает прогноз выручки.

Построение модели и сбор данных были самыми сложными задачами в этом проекте, так как далеко не по всем факторам имеется релевантная информация. Данные еще только предстоит накопить, это займет несколько лет. Одновременно произойдет и «тюнинг» модели.

Теперь руководитель располагает более развернутой информацией для принятия решения об открытии новой аптеки и понимает, что предпринять, чтобы аптека оправдала ожидания бизнеса.

«Калькулятор» позволяет уменьшить ошибки в оценке потенциальной выручки, в том числе и ее недооценку. Ведь если продажи резко превосходят ожидаемые, то это значит, что при планировании неправильно учтены требуемая площадь и объем персонала, а следовательно, аптека могла бы приносить больше.

Движение к поставленной цели – повысить точность прогнозирования на 30% – пока только началось, диапазон ошибочных решений сузился, но не очень значительно. Тем не менее после внедрения нормативов, встраиваемых в систему, уже удалось добиться более точного прогнозирования расходов.

Оценив полезность нового инструмента, в компании приняли решение о его тиражировании. После Москвы и Санкт-Петербурга ПО распространят еще на восемь регионов.

В дальнейшем «Ригла» намерена перейти от оценки предложения свободных помещений на рынке к выбору тех мест, где компания хочет присутствовать. Сначала ПО будет вычислять наиболее выгодное местоположение аптеки, и только потом за ним начнут «охотиться».

«В подобных проектах важна четко поставленная и измеримая цель», – подчеркнул Горбунов. Кроме того, в «длинных» проектах следует больше делать акцент на контроле сроков, чем на полноте функциональности. «Бизнес меняется быстро, и время имеет все большую ценность, – отметил Горбунов. – Если задуманное воплощать долго, оно устареет, не успев родиться».